Териантропия, стихи и апокалипсис

Пусть из клетки грудной дикий зверь,

Прогрызёт себе путь, до перрона.

Я волнуюсь, а ты, как Юнона,

Своей мудростью искренно верь,

Что близнец Боконона,

В его чреве спокоен теперь.

Canis latrans 36-23-ТЕ

Древние боги, одетые в мех,

Смотрят на мир с белоглавых вершин.

Достойно быть войном в мире мужчин,

Достойно коль честью заляпан доспех.

Нас встретит альтинг славою тех,

Кто навечно ушёл в каменелую твердь.

Ворон покорно уселся на жердь,

Свежую кровь вместо падали ев.

В ласках нагих окровавленных дев,

В пении скальдов на веки веков,

Ты не утопишь яростный гнев,

Не утолишь кровожадность богов!

Верою предков, сагой клинков,

Историю пишет чернеющий зев

И чрево того, кто губитель веков,

Чье чрево страшнее всех хищников чрев.

Прислушайся! Слышишь отчаянный зов?

Сверкание стали ты видишь во мгле?

В безумстве атаки стая волков

Кровавые почести вносит земле!

Так можно мужчиною стать и лишь так!

Кровавые руны внося на покров

И меч окрапив, в бессилии слов,

Ты вой! Ибо и имя твоё – волколак!

Hydrargyrum 37-23-ТЕ

Давно улетучился газ ядовитый —

Громогласных орудий улёгся огонь.

Агнец нетленный, лаврами витый,

По полю скакал, где раньше был бой.

—

Агнец скакал, с божественной свитой:

Валькирии, все облаченные в мех!

Агнец прощение нёс, недобитым,

Но на поле сим уж не было тех.

—

И я там лежал, с лёгким пробитым,

Кровавым дыханием окрасив доспех.

И агнец играл незатейливый ритм,

А я вспоминал про вас всех.

—

Железные люди – гранитные плиты,

Им всем повезло быть в глубинах земли.

Ведь кто-то для воронов пища. И грифов

Кормить им всем вечно своими костьми.

—

Я был искалечен, ребёнок войны,

Мне серая бабочка села на грудь

И агнец шептал святы песни свои,

И по щекам вместо слёз, текла ртуть.

Szabas 38-23-ТЕ

Пожиратель миров Апофис,

Озарит свой личный ковен.

И будь шаг их чист и ровен,

Раз уж их не душит совесть.

—

Кровью небо, ей же повесть.

Чёрным солнцем, в жертву овен,

Чтобы был Фенрир доволен,

Мы несём по миру весть.

—

И сторонников не счесть,

Коли мир наш вечно болен

До земли и вечной соли,

Коей солим нашу месть.

—

Звери в человечьих шкурах,

Крошат когти, душат честь.

Трубадуры давят лесть,

Кроя трещины в текстурах.

—

В горьких ведьминых микстурах

Тушим-топим своё горе.