Родина, вертолёт и ржавая скамейка

– Теперь всё поменялось, – продолжил он тихим голосом заговорщика после того, как вытянув свою длинную шею, убедился, что и в дальнюю дверь вагона никто больше не заходил. – Дьявол решил, что  лишние знания людям больше не нужны. Человек будет сразу рождаться токарем, слесарем, дояркой, продавцом или олигархом, – он сделал паузу и тихо, уже почти шёпотом, добавил: – Но главное даже не это, а то, что это предопределение сохранится на все будущие поколения. Навечно. Кто был никем, тот никем и останется. Люди перестанут надеяться и верить в то, что жизнь можно изменить.

Дед был доволен собой. Он опять толкнул соседа у окна, показывая, как грамотно разложил всё по полочкам.

– Но ведь если не будет ненужных знаний, то не будет ненужных мечтаний, не будет зависти. Значит, все будут счастливы. Чего ещё желать? Может это не дьявол хочет забрать лишние знания? – спросил я.

Мой собеседник задумался, сам себе налил из термоса что-то крепкое, пахнущее горькими травами и самогоном, и выпил не поморщившись.

– Ты думаешь, что спрятался в ракушку и можешь из неё посмеиваться над всеми? – он был пьян и уже не смотрел на меня, а говорил, уставившись на опустевшую кружку. – Зверь идёт за тобой… Он уже рядом. Завтра ты его встретишь. Узнаешь, крепок ли мир твоих убеждений.

– Не ссы, дед, – вдруг вмешался в разговор молодой парень из соседнего отсека, – у нас на каждую хитрую гайку есть свой болт с нужной резьбой. Налил бы ты подлечиться.

– Вам, алкашам, только водку жрать, – осадила его тётка с круглым красным лицом. – Если бы не мы – бабы, – чтобы вы делали? У нас полбольницы таких вот алкашей. Требуху свою водкой сожгли, теперь только успеваешь за ними утки выносить. Ещё живые, а воняют, как дохлые. Нормального русского мужика днём с огнём не сыщешь. Чернявые вас уже везде заменили. И на стройке, и в кровати.

– Ты бы за собой смотрела! – огрызнулся парень. – В тебе весу больше центнера. Тебя удовлетворить – бригада нужна.

Тётка не обиделась, не впала в истерику, а громко рассмеялась.

– Твоему сморчку между ног уже никакая виагра не поможет, – ответила она, вытирая ладонью пот со лба. – Ты, болезненный, хоть знаешь, как дырка-то женская выглядит? Наверное, с тех пор, как из неё вылез и не видел её больше ни разу? Может тебе показать?

– Я… у меня нож… я тебе, стерва, сейчас язык отрежу! – завизжал растерявшийся парень на весь вагон.