Китовая эра

К ним подошёл Уол и тоже посмотрел на цветочки, затем глубоко вдохнул их запах и даже немного пожевал.

– Лаванда, – вынес он свой вердикт спустя пару мгновений молчания, вдохнул ещё раз и повторил: – Да, это лаванда. Совершенно точно.

– А её разве можно есть? – удивлённо спросила Ална, тоже положив себе на язык одну маленькую веточку. Уол весело хмыкнул и пожал плечами.

– Не знаю, раньше никогда не пробовал, – Ална в этот момент как раз проглотила горьковатую траву, и Уол имел случай видеть её испуганное выражение лица.

– Какие замечательные существа! – с улыбкой воскликнула Аен и перевернула кисти чёрных плавников ладонями вверх. Сиреневая шестирогая корова, казавшаяся рядом с ней совсем маленькой, уткнулась в них своим мягким носом.

– Говорят, раньше они были другими, – задумчиво протянул Уон, тоже поглаживая корову.

– Может быть, – легко пожала плечами Аен. – Но сиреневый с тёмно-зелёным тоже неплохо сочетается.

– Пожалуй, – согласился Уон. – «Мы есть то, что мы есть…»

– Наверное, на маковых полях пасутся красные коровы в мелкую чёрную точку, – предположила Аен, откинулась на спину и практически утонула в высокой лаванде. Её разогретый земным солнцем горьковатый аромат витал над полем и окутывал китов непривычным облаком.

– Что именно? – не понял Уон и лёг в лаванду вместе с ней. Теперь посреди сиреневого поля, помимо шестирогих коров, распластались длинный синий кит и косатка.

– Ну… Всё это, – неопределённо махнула плавником в воздухе Аен. – Холмы, покрытые лавандой, напоминают большие волны в океане. Цвет практически как на закате. И запах… Морской. Тоже с лёгкой горчинкой.

Помолчали.

– Тут красиво, – сказал наконец Уон, провожая взглядом большую разноцветную бабочку.

– И будет ещё красивее, – заверила его Аен. – Суша тем и отличается от воды, что она не такая однообразная, как океан, – Уон хотел было уже возразить, но Аен опередила его: – Здесь столько разных пейзажей! Чтобы увидеть всё, не хватит и вечности… – с тихой грустью добавила она и глубоко вздохнула. – А потом это всё останется в памяти чуть размытыми образами, подкреплёнными фотографиями на стене.