Госпожа Тишина

Ведь в каком-то смысле крестьяне тоже вышли в бой на этой войне. И проиграли первую битву.

– Наш господин Нагата Фукуро выслал свои войска для того, чтобы раз и навсегда разбить неприятеля, размозжить змеиную голову. Вот его меч, Самэ но Киба, Клык Акулы! – крикнул командир, выдергивая из-за пояса голубой клинок и поднимая его так, чтобы он был виден всем собравшимся. – Родовое оружие клана, которое должно обрушиться на его врагов. Вот вам доказательство того, что господин Фукуро вступил на тропу войны.

Ваши убитые будут отомщены, ваши обиды – оплачены!

– Хашуруи но ши! – вскричал кто-то в толпе.

– Хашуруи но ши! – ответил уже смелее другой голос. – Смерть гадам!

– Смерть гадам! – поддержала сквозь слезы одна из женщин. – Смерть им!

– Смерть!!!

Через минуту вся деревня проклинала Змей. Гневные голоса несли обиду и боль отцов, матерей, сестер, братьев и осиротевших детей буквально к небесам, так что сами боги должны были слышать, какое горе постигло бедных землепашцев.

Кицунэ медленно проехал по площади, рассматривая крестьян.

– Ты, – указал он на одного из них концом катаны, – ты родом из этой деревни?

– Нет, господин, – ответил крестьянин. – Меня схватили в селе на западе, и только твои люди принесли мне спасение. Но моя жена… и сын…

– Я отомщу за них от твоего имени. А ты? – обратился шомиё к следующему.

– Я отсюда, господин… вон там был мой дом. – Селянин указал черное пятно неподалеку. – Осталось буквально несколько досок, вот и все.

– У тебя была семья?

– Брат… его убили Змеи.

– Я отомщу и за него! А…

– Господи-и-и-ин… – откуда-то сбоку до Кицунэ донесся голос. Неприятный, полный обиды и горечи… да и звучащий некрасиво. Скрипучий голос старухи.

Люди пропустили идущую к шомиё старушку. Бабка выглядела на добрую сотню лет. Седые волосы она заплела в две косы, а лицо было таким иссохшим, что, казалось, кожа вот-вот отвалится с него, обнажая череп.

Исхудавшая и костлявая, она опиралась при ходьбе на идущую рядом девочку двенадцати-тринадцати лет. Внучка старушки? Трудно сказать, семейного сходства было не видно, но это ничего не значило. Бледная кожа, красивые темные глаза… и неестественно кроваво-красный рот.

– Ты тоже родом из этих краев, бабуля? – спросил Кицунэ как можно доброжелательней.

– Нет… – ответила старуха. – Мы с запада, из села у самых лесов, которое гады спалили.