Вихрь

– Браво! Браво! Превосходно! – прервав, крикнул Семён Семёнович Мамонов и бросился жать руки Зеленцову.

Тот почему-то отстранился.

– Браво! Верно! Хорошо! – раздалось среди слушателей, которые только что смеялись рассказу Петра Петровича.

В эту минуту в зал шумно вошла толпа из гостиной.

– Что делать господа? Как решите? – растерянный, подбежал к собравшимся на совещание хозяин дома.

– А! Не скандал же затевать! – раздражённо воскликнул Пётр Петрович, – его всего дёргало. – Пусть Семён объявит им, чтоб оставались.

– Отлично!

И Семён Семёнович, стоя перед взволнованной толпой, вошедшей из гостиной, уж говорил:

– Совещание решило… Господа, наш любезный амфитрион, Николай Васильевич Семенчуков, не имеющий других желаний, кроме того, чтоб предоставить собравшимся работать при наиболее желательной для них обстановке… спросив их предварительно, как подобало хозяину дома… да… всецело присоединяется к выраженному собранием желанию допустить… то есть, я хочу сказать, сделать собрание публичным… Мы постановим резолюцию, но не прежде, конечно, как исчерпав вопрос и с достоинством… да… приличным поборникам свободы, выслушав все мнения за и против… Итак, господа, соблюдая все правила, которые предписывает нам оказанное нам гостеприимство, и поблагодарив за него нашего доброго хозяина, приступим к предмету совещания.

Раздались аплодисменты.

– Поздравляю! С успехом! – сказал, проходя мимо, Пётр Петрович.

Но улыбался он теперь криво и сказал это не добродушно, как всегда, а со злобой.

– Председателем, господа, – воскликнул Семён Семёнович, – мы изберём нашего же любезного хозяина! Просим!

Раздались жидкие аплодисменты.

Семенчуков конфузливо улыбался, поклонился на одну сторону, на другую. Но отпил воды, поднялся, и голос его прозвучал твёрдо и торжественно:

– Предмет совещания – отношение к Государственной Думе.

V

– Прошу слова!

Пётр Петрович решил «принять сражение» и поставить вопрос ребром.

Он начал, волнуясь.

Публика, среди которой уж разнеслось, что Зеленцов «срезал» Кудрявцева, превратилась во внимание.

– Господа! Есть три отношения к Думе: бойкот, попытка превратить её сразу в учредительное собрание, принятие на известных условиях Государственной Думы такою, какова она есть. Чтоб решить, какое отношение выбрать нам, поставим кардинальный вопрос: что такое Государственная Дума, объявленная манифестом 6-го августа? Я говорю: это – победа.