Жезл Юпитера

– Батюшка, Иван Феоктистович, – развел руками мэр. – Да неужто вы про Призраков не слышали за свои путешествия ни разу?

– Признаться, не слышал.

– Да они на каждой крупной посудине есть! В больших «городах» от них спасу нет просто!

– Вы шутите, надеюсь?

– Ничуть! Мы не на Земле, граф, мы в другом мире совсем. В другом пространстве у других небесных тел. И в этом мире масса непонятных и непостижимых вещей происходит… Так что уж поверьте, Призраки – это такая же реальность, как и мы с вами. Причем, на «Ужгороде» призраки человекообразны.

Дама вот одна гуляет по ночам.

– «Безумная Грета» мы ее зовем, – кивнул Су. – Картина такая у Брейгеля была. Поет она каждую ночь у нас.

«А мэр гораздо более умен, чем кажется или хочет казаться, – отметил про себя Потемкин. – Надо думать! Начальником подобного объекта кого попало не поставят! Но что это еще за чертовщина, о которой они оба так серьезно говорят? Надо будет потом и с этим разобраться…»

– Что? Что она делает?

– Поет, Иван Феоктистович… Тоскует.

– Так… – Потемкин потер глаза руками. – Устал я что-то, правда, господа. Я с удовольствием продолжу эту занимательную беседу после нескольких часов отдыха и спорта. Мышцы затекли совсем.

– Боже, конечно, конечно! – засуетился Генрих Маркович. – Су, вы покажете нашему гостю его каюту? Иван Феоктистович, в любой просьбе не откажем, что принести-подать – говорите, не стесняясь! Спортзал у нас небольшой, но оборудован хорошо. Мне бы вот тоже туда походить, да я лучше на кухню, на кухоньку! Там попривычнее!.

.

«Судя по всему, немного успокоился», – отметил граф. – Даже пошучивает».

* * *

На самом деле, от Потемкина и впрямь веяло спокойствием и уверенностью. Мужчина он был в годах, но не старый, физически сильный и ладно сбитый, с гордым подбородком и чувственным красивым ртом. Голубая кровь предков так и просвечивала через его речь и движения. Принадлежность графа к роду светлейшего князя Потемкина-Таврического была доказана генетически, что в момент жизни Ивана Феокстистовича уже проблемой совершенно не являлась.

После того, как было официально разрешено возвращать и носить титулы наследникам великих российских фамилий, разрешение на экспертизу было делом формальным. Прах генерал-фельдмаршала Григория Александровича Потемкина-Таврического был потревожен в соборе святой Екатерины в Херсонесской крепости и Иван Феоктистович подтвердил свое родство с любимым фаворитом Екатерины Великой.