Друзская сага

– Ч-ш-ш, не кричи так, малыша разбудишь – осадила она и отправилась на кухню исполнять просьбу мужа.

Сомнений, кто стоит за семейным штурвалом, ни у кого не возникло.

– Ну, Мансур? Скажешь что-нибудь, или будешь немым, как ХАМАСник[8 - Арабская террористическая организация] на допросе? – поторопил Камиль.

– Раздражение – слепой поводырь, – не замедлил поумничать Абу Рабия.

Картёжники понимающе переглянулись и прыснули со смеха. Где их простой, как хумус в тарелке, приятель нахватался мудрёных тирад, оставалось догадываться.

– Я – пас, – ответил Мансур, и его ореховые, чуть на выкате, глаза, оживлённо блеснули.

Мансур любил покер. К каждой раздаче относился бережно, продумывая множество комбинаций. Если бы не чрезмерная осторожность, из него получился бы первоклассный игрок. Во всяком случае, он проигрывал реже аутсайдера Амера. Предусмотрительность считал фундаментом удачи, молчаливость – залогом успеха.

– Ну-ну, столько времени думать, чтобы соскочить!? – заметил Камиль.

В отличие от большинства друзов, обладавших располагающей внешностью, этот молодой человек, будто со стиснутым у висков черепом, походил на европейца-ашкенази. Камиля принимали за своего поляки, литваки, немцы и даже евреи из Биробиджана.

– Сравниваю, – спокойно продолжил он, выложив фишки на середину стола, рядом с «Эверестом» шелухи от семечек и орехов.

В картах Камиль был, что называется, ястребом – точный анализ ситуации, психологический расчёт и, конечно же, удача, присущая игрокам высокого полёта.

– Я тоже плачу, – воскликнул Мансур, бросая фишки.

Друзья раскрыли карты. «Две пары» Абу Рабии были слабейшей комбинацией на столе, мощный «трипс» Мансура оказался бессилен против «флеша» Камиля. И на этот раз сенсации не произошло.

– Чёрт, – выдавил, улыбаясь, словно угадал шесть номеров в лотерее, Абу Рабия, – надо же… Ветры дуют не так, как хотят корабли.

Мансур иронично взглянул на него и покачал головой. Амер счёл это восхищением и благодарно кивнул. Камиль невозмутимо собрал в кучу выигранные фишки. Вместе с ароматом свежезаваренного кофе в комнату вплыла Рана.

– Последний, – сказала она и пристроила поднос на край стола, – захотите ещё, управляйтесь сами. Я – спать.