Лесничий Орн

Лесничий Орн

Алексей Николаевич Будищев

«Красивый уланский ротмистр граф Ян Тарновский, кутаясь в дорожный плащ, пряча лицо от липкой измороси и холодного ветра, ехал на стройном, гнедом скакуне обок со своим дядей Громницким, похожим на Дон-Кихота и по всей своей долговязой фигуре, и по длинной седеющей эспаньолке…»

Алексей Будищев

Лесничий Орн

I

Красивый уланский ротмистр граф Ян Тарновский, кутаясь в дорожный плащ, пряча лицо от липкой измороси и холодного ветра, ехал на стройном, гнедом скакуне обок со своим дядей Громницким, похожим на Дон-Кихота и по всей своей долговязой фигуре, и по длинной седеющей эспаньолке.

Бледное лицо Тарновского, еще не вполне оправившегося от раны, полученной им за Неманом, где шрапнельной пулей ему пробило навылет правое легкое, болезненно хмурилось от неприятных мыслей, не дававших ему покоя. А Громницкий невозмутимо торопил своего коня. Однако, когда он увидел на лице племянника гримасу самого острого беспокойства, он спросил его:

– Тебя беспокоит твой лесничий Орн?

– Как и все эти последние дни, – вздохнул Тарновский, капризно пожав плечом.

– После твоего поранения ты стал психопатом, – заметил Громницкий хмуро. – Это очень грустно, но это так!

– Почему? – спросил Тарновский, – разве мои мысли не имеют под собой ни малейшего основания? А почему тогда Орн не везет мне денег за сплавленный еще в июле, августе и сентябре лес? Восемь тысяч рублей для меня очень значительная сумма, и я не хочу, чтобы она попадала в руки к немцам…

– К немцам? – с улыбкой переспросил Громницкий.

– Ну, да, к немцам, – почти закричал Тарновский с досадой. – Орн три раза назначал мне сроки, когда он привезет мне эти деньги, и трижды он обманывал меня. И теперь я убежден, что он не американец по происхождению, как гласят его документы, а просто-напросто немец. И он, очевидно, ждет сейчас случая, чтобы утечь, вместе с деньгами, конечно, – ведь, восемь тысяч – куш! – к своим соотечественниками, благо немецкая армия всего в восьмидесяти верстах от моих имений.

Седые усы Громницкого дрогнули.

– Помнишь, на той неделе, – сказал он, – ты уверял меня, что лесничий Орн – типичный венгерец, а его глухонемой конторщик Родбай – венгерский румын родом из Трансильвании.