Затмение

Затмение

Андрей Беляков

Как часто мы ищем идеал на стороне и не замечаем его рядом с собою. А нужно то всего лишь остановиться и внимательнее присмотреться.

Андрей Беляков

Затмение

Залив Ангелов, Ницца, четыре часа пополудни, пляж de Lenval. Летный экипаж в составе командира Горшенина Павла Викторовича, летчика-инструктора Захарова Сергея Геннадьевича и второго пилота Афанасьева Алексея Юрьевича нежился под ласковым августовским солнцем. А солнце пока и не думало сбавлять обороты и щедро награждало каждого, кто желал этого, теплотой и загаром, нежностью и лаской.

Рядом топлес загорали две чернокожие девушки. Красотки лежали на животе и оживленно беседовали между собой, размахивая ножками, и их французский щекотал уши.  Яркие трусики (одна была в розовых, другая в желтых) на фоне их темных, упругих, аппетитных ягодиц – все это притягивало и манило взгляд. Любуясь девушками, Алексей подумал: «Хорошо, что я в очках от солнца, так бы пришлось отводить глаза, а этого так не хочется делать. » И тут он услышал:

– Викторович, а у тебя когда-нибудь был опыт с чернокожей женщиной?

– Бог миловал, Геннадьевич, а почему ты спрашиваешь?

– Глянь, какие красотки, прям глаз радуется.

– В нашем возрасте только одно и радуется, что глаз. Это вон Алексей пусть беспокоится и  поменьше заглядывается в их сторону.

Девушки тем временем сели, продолжая беседу, французский журчал, и Алексей почувствовал возбуждение. У одной грудь была небольшая, можно сказать, маленькая, уместилась бы в ладонь, но от этого  ничуть не менее привлекательная; у второй – на пару размеров побольше, но подтянутая и фигурная такая, она так колыхалась в такт движения ее рук, что Алексей на секунду зажмурил глаза, а девушка продолжала что-то страстно рассказывать подруге.

Возбуждение нарастало, и Алексей почувствовал колики внизу живота.

– Идем, окунемся, мужики,  – позвал коллег Сергей Геннадьевич.

– Идем,  – поддержал Павел Викторович.  –  Алексей, пошли, че лежишь-то, схватишь солнечный удар.

– А? Да-да, я чуть позже, идите,  –  и он уткнулся лицом в полотенце…

А на обратном пути из Ниццы в Москву, когда полет давно перевалил за вторую половину, а командир дремал, откинувшись в своем кресле, а инструктор – в первом ряду бизнес-класса, Алексею снова привиделись эти чернокожие красавицы, и он вновь ощутил возбуждение. «Да что ж за наваждение такое»,  –  молвил про себя молодой пилот и встряхнул головой.