Дни Кракена (сборник)

– Слушаюсь, товарищ полковник, – прогудел ефрейтор и вдруг озабоченно свистнул. – Не вытягивается, однако.

– Кто не вытягивается?

– Веревка. Однако, Новиков ее, видно, к скобе прикрутил. Да я и так полезу, товарищ полковник.

– Ладно, лезь. Пропусти только веревку между ног.

Костенко уже спустил ноги в колодец, когда снизу донеслось:

– Товарищ капитан, дозвольте сюда Костенке спуститься!

– Что у тебя там, Новиков? – наклонившись над парапетом, спросил полковник.

– Странная здесь вещь, товарищ… Это вы, товарищ полковник?

– Да-да, ну что?

– Кладбище здесь…

– Что ты сказал? Спускайся, Костенко.

Повтори, не расслышал!

– Кладбище нашел. Мертвецов видимо-невидимо.

Полковник и Олешко переглянулись.

– Слушай, Новиков! Сейчас к тебе спустится Костенко, отвяжи веревку. Спустим капитана. Доложишь ему подробно или покажешь. Понял?

– Так точно. Только докладывать тут нечего. Пусть спускаются, посмотрят.

Через пять минут Новиков и Костенко ловко подхватили Олешко и втащили его в тоннель.

Тоннель был коротким, шагах в двухстах от входа его во всю ширину и высоту перегораживала ржавая решетка.

– Смотрите, товарищ капитан! – срывающимся шепотом проговорил сержант, просунув руку с фонарем между толстыми железными прутьями.

Зрелище было зловещее. Пространство за решеткой было заполнено мертвецами. Черные, как уголь, голые или прикрытые жалкими лохмотьями, они в разных позах сидели или лежали на каменном полу. Жутко блестели неестественно белыми зубами оскаленные рты.

Слепо глядели перед собой пустые глазницы. Трупов было много, вероятно, не менее сотни. Точно сосчитать было невозможно, ибо луч фонаря едва проникал в темноту за ближайшими рядами.

– Ой-ой-ой, – пробормотал Костенко. – Однако, навалили их здесь японцы!

– Заметьте, товарищ капитан, – сказал Новиков, – это не скелеты. Они ничуть не погнили, только вроде как бы обуглились. Словно мумии.

Олешко и сам заметил это, но его мутило, и он только кивнул.

– Посчитать, однако, надо бы, – сказал Костенко.

– Пошли назад. – Олешко сморщился и украдкой сплюнул. – Только… А ну, попробуйте, тряхните решетку. Не поддается? Пошли.

Новиков и Костенко остались на краю тоннеля, а Олешко выбрался наверх и доложил обо всем, что видел, полковнику.

– Несомненно, это часть несчастных рабов, которые строили крепость. Японцы умертвили их, как поступали со всеми, работавшими у них на военном строительстве.

– Так.