Горькая потеря

– Ты не сказал ей? – вот эта догадка стала для Рамиса открытием, что мгновенно добавило хорошего настроения.

– Ей не нужно знать о том, что рядом с нами обитают такие твари, как ты, Рамис, – Райс все же сумел подняться на ноги и теперь привалился плечом к стене, поддерживая под локоть левую руку. – Мой долг защищать людей от хладного народа и всех, кто живет во мраке. Мои ценности не изменились.

– Правда? – вампир вернулся в комнату, перед этим изнутри закрыв дверь на ключ. – И ты веришь в эту святую ложь? Так часто говоришь другим, что поверил в это сам? Когда–то для тебя важнейшим приоритетом был долг и охота, но теперь все иначе.

Или я не прав?

Райс отвел взгляд, не желая отвечать. Как и все смертные, он предпочитал отмалчиваться, когда поднимались неприятные ему темы.

– Хочешь защитить ее от меня, да? – вкрадчиво проговорил вампир. – А кто же защитит ее от тебя, Охотник?

– Я никогда не причиню ей зла.

– А кто сказал, что я желаю зла Айре?

– Что–о? – не поверил своим ушам Райс.

– Вдруг у меня тоже изменились намерения? – гаденько захихикал хладный. – Ты не думал о том, что я способен на что–то большее, чем банальное убийство?

– Чтобы ты не задумал, Рамис, – указал на него кинжалом Охотник. – Какие бы планы не вынашивал, о чем бы не… Да не важно! Я не сдамся так просто, понятно? Хочешь войны? Будет тебе война.

Поведя плечами, вампир задумчиво улыбнулся. Характер остался – это хорошо. Именно ослиное упрямство спасло в свое время Охотника от бесславной смерти в объятиях какой–нибудь из многочисленных подруг Рамиса.

Он умел выпутываться из очень сложных ситуаций, а хладному нравилось придумывать их для него. Со временем, когда в жизни не осталось иного смысла, присутствие Охотника даже радовало вампира. Бесконечно долгие десятки лет постепенно сливаются в серую ленту, которой Вечность завязывает глаза своим жителям. В какой–то момент, наступает ощущение полного безразличия ко всем и вся.

– Что ты будешь делать, если я решу очаровать твою женщину?

– Ты не сможешь, – усмехнулся Охотник.

– Откуда такая уверенность?

– Как ты верно заметил – это моя женщина, – пояснил тот, нажимая на слово «моя».

– Что же, посмотрим…

– Ты не получишь ее, – покачал головой Райс. – Ты не получишь ее, Рамис.

Вампир лишь в очередной раз усмехнулся. Все они так говорили, говорят, будут говорить, но сути дела не это меняет. В любом случае, через месяц, год или век все будет так, как хочет именно он – Рамис.