Полное собрание сочинений. Том 20. Варианты к «Анне Карениной»

– Да онъ все таки отличный челов?къ, и сердце.

– Что, онъ все такой же грязный?

– Я не знаю. Онъ не грязный, онъ только деревенскiй житель, – отв?чалъ сынъ, тоже улыбаясь тому постоянному тону пренебреженья, съ которымъ его мать относилась всегда къ его[126 - Зач.: искреннему другу] изъ вс?хъ людей бол?е любимому челов?ку, Константину Нерадову.

– Такъ приходи же черезъ часикъ, поговоримъ.

Гагинъ прошелъ на свою половину.

Неужели спитъ Константинъ Николаевичъ? – спросилъ онъ лакея.

– Н?тъ, не спитъ, – прокричалъ голосъ изъ за занав?са спальни.

И стройный широкiй атлетъ съ лохматой русой[127 - Зач.: бородой] головой и[128 - Зач.: рыжеватой] р?дкой черноватой бородой и блестящими голубыми глазами, смотр?вшими изъ широкаго толстоносаго лица, выскочилъ изъ за перегородки и началъ плясать, прыгать черезъ стулья и кресла и, опираясь на плечи Гагина, подпрыгивать такъ, что казалось – вотъ вотъ онъ вспрыгнетъ ногами на его эполеты.

– Убирайся! Перестань, Костя! Что съ тобой? —говорилъ Гагинъ, и чуть зам?тная улыбка, но за то т?мъ бол?е ц?н[ная?] и красившая его строгое лицо, видн?лась подъ усами.

[129 - Рядом поперек полей написано: Ордынцевъ незнакомъ, въ поддевк?, дикарь. «Такъ зови на сватьбу. Она мила».]

– Чему я радъ? Вотъ чему. Первое, что у меня тутъ, – онъ показалъ, какъ маленькую тыкву, огромную, развитую гимнастикой мышцу верхняго плеча, – разъ. Второе, что у меня тутъ, – онъ ударилъ себя по лбу, – третье, что у меня. – Онъ поб?жалъ за перегородку и вынесъ тетрадку исписанной бумаги.

 – Это я вчера началъ и теперь все пойдетъ, пойдетъ, пойдетъ. Вотъ видишь, – онъ сдвинулъ два кресла, разъ, два, три, съ м?ста съ гимнастическимъ прiемомъ съ сжатыми кулаками взялъ размахъ и перелет?лъ черезъ оба кресла. Гагинъ засм?ялся и, доставъ папиросу, с?лъ на диванъ.

– Ну, однако од?нусь и все теб? разскажу.

Гагинъ с?лъ задумавшись, что съ нимъ часто бывало, но теперь что-то очень, видно, занимало его мысль; онъ какъ остановилъ глаза на угл? ковра, вис?вшаго со стола, такъ и не двигалъ ихъ.

А ротъ его улыбался, и онъ покачивалъ головой.

– Знаешь, я тамъ встр?тилъ сестру Алабина, она зам?чательно мила, да, – но «зам?чательно» говорилъ онъ съ такимъ уб?жденiемъ эгоизма, что нельзя было не в?рить.

– Гагинъ, – послышался посл? долгаго и громкаго плесканья голосъ изъ за занав?са. – Какой я однако эгоистъ. Я и не спрошу. Прi?хала Княгиня? Все хорошо?

– Прi?хала, все благополучно.