Пустая Земля. Трофей его сердца

Как ей в этот миг хотелось быстрее попасть в шатер!

Другой рукой Рооман приподнял девичий подбородок, заставив посмотреть на себя.

– Заключим сделку? – предложил он. – Когда настанет нужный момент, ты без промедлений и фокусов пойдёшь со мной, а я обеспечу твоему брату жизнь. Ну, что скажешь?

– Скажу, что согласна.

Жанна сама хотела предложить подобное. Понимая, что, даже если ей с отрядом удастся сбежать, они всё равно не уйдут далеко, поскольку в её теле тикает датчик слежения каргов. А так главарь уверится в её лояльности.

Однако смелая Жанна вовсе не собиралась становиться инкубатором для выведения потомства каргу. Как только она удостоверится, что отряд с Картером в безопасности, она обязательно найдёт способ избавиться от датчика и сбежать. Ну, в лучшем случае.

***

Бронемашина должна была прибыть в течение следующего часа, тридцать минут назад передовица сообщила об отправке груза. Карги собрали переправный отряд в шатре Зейна.

Безоружные солдаты под прицелом карговских стрел в тяжёлом молчании томились на мешках со свернутыми матрацами и в бессилье сжимали кулаки.

Каждый офицер предчувствовал: неспроста передовая не послала новую смену. Возможно, Зейну удалось передать зашифрованный код и генералы передовой догадываются о захвате.

Жанна сидела сама не своя. Уместившись меж Картером и Гитой, она бесцельно следила за танцем языков пламени в костре, концентрировала внимание, а если взгляд начинал блуждать по помещению, то перед глазами сразу же вставали картинки недавней ночи с каргом.

А ещё Жанну жутко злило, что глава пришлых собирался отправиться вместе с ними.

Минуты тикали, напряжённое молчание давило тяжёлым грузом. Картер осторожно взял ладонь Жанны в свою, погладил в поддержке, но Жанна будто и не заметила, продолжая витать в гнетущих мыслях.

– Жанн… – позвал тихо, легонько потянув руку, чтобы привлечь внимание, и, когда девушка наконец посмотрела на него, подбодрил: – Всё хорошо будет, не переживай.

Офицер всматривалась в родное лицо, пытаясь запечатлеть в памяти образ дорого человека. Она-то знала, что хорошо уже ничего и никогда не будет. Для неё точно. Но тем не менее растянула губы в подобии улыбки.

– Это конец, ребята… – сказала вдруг Гита. Она сидела, расставив ноги и опираясь о колени согнутыми в локтях руками, пальцами же с силой вцепилась в волосы.