Майский цветок

Между матерью и имъ шла борьба. Тона находила ему м?ста, a онъ ихъ бросалъ черезъ н?сколько дней. Съ нед?лю онъ прожилъ въ ученикахъ у башмачника; побольше двухъ м?сяцевъ проплавалъ съ дядей Борраска въ качеств? юнги, но хозяину надо?ло кричать на него, не будучи въ силахъ добиться повиновенiя. Потомъ онъ попробовалъ сд?латься бочаромъ: это ремесло считалось наилучшимъ; но хозяинъ выставилъ его вонъ очень скоро. Наконецъ, въ семнадцать л?тъ, онъ поступилъ въ артель разгрузчиковъ и работалъ не чаще двухъ разъ въ нед?лю, да и то съ большой неохотой.

Т?мъ не мен?е, его праздношатайство и порочныя привычки почти прощались синьею Тоною, когда она любовалась имъ по праздникамъ – а для этого бродяги почти каждый день бывалъ праздникъ, – въ шелковой фуражк? съ пышнымъ дномъ надъ темно-бронзовымъ лицомъ съ пробивавшимися усиками, въ синей холщевой куртк?, прилегавшей къ стройному т?лу, въ черномъ шелковомъ пояс?, замотанномъ вокругъ фланелевой рубашки въ черныхъ и зеленыхъ кл?ткахъ. Какъ бы тамъ ни было, она гордилась т?мъ, что была матерью этого красиваго мальчишки, который явно нам?ревался стать такимъ же негодяемъ, какъ недоброй памяти Мартинесъ; но ея Антонiо об?щалъ быть жив?е, см?л?е, предпрiимчив?е; это доказывалось т?мъ, что кабаньяльскiя д?вицы уже соперничали передъ нимъ въ качеств? влюбленныхъ.

Тона радовалась, узнавая, какъ он? ц?нятъ ея сына, и бывала изв?щена обо вс?хъ его похожденiяхъ. Какая жалость, что онъ такъ любитъ эту проклятую водку! Вотъ кого можно назвать настоящимъ мужчиной; онъ – совс?мъ не то, что его сонный братецъ, котораго не расшевелишь, хоть про?зжай по немъ въ тел?г?.

Въ одинъ воскресный вечеръ, въ кабак? «Добрыхъ Нравовъ», – ужасно ироническое названiе! – Антонiо поссорился съ артелью разгрузчиковъ, работавшихъ дешевле: полет?ли стаканы и, когда для водворенiя мира явилась полицiя, то захватила его съ ножемъ въ рук?, среди пресл?дованiя враговъ между столами. Бол?е нед?ли его продержали въ кутузк? при общинномъ дом?. Слезы синьи Тоны и хлопоты дяди Марьяно, который былъ влiятельнымъ выборщикомъ, вызволили его на этотъ разъ; но исправился онъ такъ мало, что въ самый вечеръ своего освобожденiя вновь замахнулся т?мъ же ножемъ на двухъ англiйскихъ моряковъ, которые, напившись вм?ст? съ нимъ, захот?ли его вздуть.

Онъ былъ у вс?хъ на виду въ Кабаньял?. Неважный работникъ, но кр?пче кого угодно въ т? ночи, когда на вс?хъ парусахъ плавалось изъ кабака въ кабакъ вплоть до утра.

Мать не видала его иногда по ц?лымъ нед?лямъ.