Сегодня я – Пит Доэрти

– Да ты сама любезность по отношению к людям последнее время.

– Они заслужили.

– Чем?

– Своим неуважением к жизни. Позавчера, например, одна дама решила, что может закрыть ресторан на персональное обслуживание. В результате все стояли под дождём и ждали, пока она поест. И ладно бы она заказала себе хоть что-то. Так она сидела и два часа допивала один бокал столового вина в окружении десяти официантов и полусотни голодных бездельников за дверью. Что это, если не пошлость?

– Откуда ты в курсе, что она пила именно столовое вино?

– Я человек с мозгами.

– И как же человек с мозгами определяет сорт вина в бокале за десяток метров от него?

– Заводит дружбу с официантом, который за десять долларов показывает счёт.

– Как там кто-то сказал: «В Ритце такого бы точно не допустили»?

– Я не об этом, – я отвернулась, разворачивая газету, и пытаясь на страдающей от порыва ветра типографской печати найти что-то хорошее, что произошло вчера в мире, и о чём кто-то, измученный тысячами словосочетаний сарказма, хотел бы мне рассказать сегодня утром.

– А о чём же ты?

– Я уеду завтра.

– Хватит ныть.

– Без слёз. Серьёзно.

– Какая вульгарность. Уезжать до официального открытия и групповой фотографии?

– Ты же сам их всех презираешь.

– Точно. Но в глубине души. Глубоко-глубоко, так чтобы совершенно искренне и совершенно для них неизвестно. И, по крайней мере, я охотно ем всё то, что мне предложат, потому что всё это не мной оплачено. Даже, если это мусс из папайи, и по вкусу он напоминает содержимое подгузника.

– Это не меняет сути.

– А ты последнее время слишком много капризничаешь по поводу исключительной бесполезности своего существования и только. Это ли меняет суть? Мне кажется, тебе стоит снизить ежедневные нормы кофе. Кофе делает тебя чересчур раздражительной. За последние полгода ты четыре раза чуть не слетела с катушек и всё это в президентских номерах отелей. Если бы не уголовный кодекс, тебя бы давно убили, желающие остановиться там хотя бы раз в жизни.

– Я готова поменяться с ними местами.

– Вряд ли. Чтобы быть готовой поменяться с ними местами, ты должна хотя бы что-нибудь уметь, чтобы выжить на их месте, а ты разучилась воспитывать в себе даже собственное мнение, не говоря о чём-то более полезном для общества. Ты ничего не умеешь, зато много чего хочешь. Если бы ты на самом деле хотела сбежать из этого дурацкого рая на пустой земле, то уже давно нашла бы себе занятие.