Оковы судьбы. Клетка для сердца

– Faber est suae quisque fortunae… (Каждый сам кузнец своей судьбы), – неожиданно раздался игривый голос за спиной.

Нарина испуганно шарахнулась в сторону.

«Этот голос…» – медленно обернулась. Сокрытая в тени колонны, судя по голосу, стояла мужская фигура.

– К..кто Вы? – пролепетала еле слышно. Ноги одеревенели и не хотели двигаться, хотя инстинкты просто вопили – нужно немедля бежать!

Мужчина вышел из своего укрытия, и лунный свет упал на его лицо. Сильный порыв ветра пронесся между ними, заставив девушку съежится.

– Ты узнаешь меня? – он сделал шаг навстречу, затем ещё и ещё. Даже если бы невольница захотела, то ответить не смогла. Только сейчас она обратила внимание, что одежда опоздавшего принца отличалась от привычного ей одеяния клановцев: он был одет как достопочтенные лорды.

– Мое имя Вириан. Я – брат твоего господина, – он остановился напротив, коснулся светлых волос и пропустил прядь сквозь пальцы.

Невольница судорожно вдохнула драгоценный воздух, казалось, до этого и не дышала вовсе.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? – хрипло прошептала и попыталась отстраниться. Но лишь уперлась спиной в край парапета. И мужчина, воспользовавшись этим, шагнул ещё ближе, практически прижимаясь вплотную. Недопустимо близко.

– О–о–о… я много чего знаю. Позволь спросить, что тебя связывает с моим братом? – принц очертил темно–янтарным взглядом контуры бледного лица.

Мир вокруг девушки потускнел. В голове раздался громкий нарастающий звон и последнее, что она увидела перед тем как провалиться во тьму – это хищную ухмылку мужчины.

Вокруг стояла темень. Изредка, сквозь кроны деревьев пробивался лунный свет, освещая тропы мрачного леса. Громко выл промозглый ветер, выгибая с жутким скрипом стволы могучих деревьев.

Вдох–выдох… Сквозь чащу шустро продиралась беглянка. Она мчалась вперед, петляя зигзагами. Дыхание было рваным. В ушах плескался гул. Сердце бешено стучало о ребра, грозясь вырваться наружу. В боку нестерпимо кололо. В голове набатом звенели мысли: бежать, скрыться и выжить.

Острые ветви и коряги беспощадно хлестали тело. Валявшиеся на пути камни и торчащие корни, затрудняли движение. Благо природная грация и острое зрение облегчали бег.