Оковы судьбы. Клетка для сердца

Там оказались различные приспособления, видимо с помощью которых и будет подготавливать.

Неожиданно в приоткрытые створки своеобразной двери просунулась морда василиска. Втянув ноздрями воздух, тот фыркнул и заполз в комнату целиком, причем целенаправленно направляясь в сторону Нарины.

– А–а–а! Опять ты! Стой! – пропищала невольница. Но характером змей, похоже, был весь в своего хозяина и, стремительно приблизившись, улегся в клубок вокруг ног девушки. Морду же – положил на хвост.

– А вы ему понравились, госпожа! – заметила служанка.

«Госпожа» умоляюще на нее взглянула, дрожа как лист на ветру.

– Прошу–у! Убери его!

– Не могу, Нарина–сама. Локиар слушается только хозяина, – сочувственно ответила кареглазая. Потом её головку посетила какая–то мысль, и она поспешила поделится: – Знаете, а вы попробуйте ему приказать.

Пленница обратила взгляд на довольного василиска, тот раздвоенном языком ловил пылинки, ноздри его причудливо подрагивали. Собравшись с духом, проговорила:

– Эй, Л–локиар! А ну, ползи к своему х–хозяину! – на последнем слове голос предательски дрогнул, но она надеялась, что чешуйчатый всё–таки послушается.

Ага, как же. Змей так и кинулся. Нарину охватило жгучее раздражение и, уперев руки в боки, уверенно крикнула: – Ну, давай, чешуйчатый, ползи уже!

Василиск поднял мордочку и, обиженно засопев, всё же пополз. Вот только не к выходу. Питомец медленно дополз до кровати и устроился рядом на мягком ковре, тяжело вздохнул.

Похоже, действительно обиделся, даже мордочку отвернул.

– Вот видите! Он вас послушался – значит признал своей хозяйкой, – обрадовала служанка. Нарина скептически на неё посмотрела. – Что? Он хороший. Никого не обижает. Ну, если только за дело.

Невольница же вновь обратила свое внимание на василиска. Тот так и лежал и, казалось, спал. Послушался он, видите ли!

– Скажи–ка, а почему змей приполз именно сюда? Уже во второй раз.

– Все просто, – ответила девчушка, раскладывая на тумбе гребни и заколки.

 – Это покои матушки господина, жены нынешнего главы клана. Локиар был её любимцем. Когда та умерла – сильно тосковал, болел, но Канан–сама выходил его. Вот с тех пор василиск и обитает в этой комнате. Ой! Только я вам ничего не говорила!

Сайя сделала страшные глаза, и Нарина улыбнулась.

– Не говорила о чем? Что–то я не расслышала… – они засмеялись.

– Нарина–сама, садитесь сюда, пожалуйста.