Омичка навсегда. Лирика и мистика

В сиянье сирени, в раю и аду

«Сегодня Любаша сбежит на свиданье…»

Сегодня Любаша сбежит на свиданье

От старого мужа в осеннюю хмарь,

В плену листопада утонут признания,

Усердствует где-то оглохший звонарь.

Мой город живет в эту осень в угоду

Какому-то богу иному во мгле,

И все еще так благосклонна погода,

И все еще листья стремятся к земле.

Откуда все это, ведь так не бывает.

Живая, счастливая Любочка вновь,

Какой – то парнишка ее увлекает,

И тайну хранит эта лунная ночь.

А в доме играют какие-то гости,

И кружатся в вальсе забытые дамы,

И только осенний тот призрачный город

На счастье и боль нам, конечно же, дан он…

И вздрогнет от звона, последнее лето,

Оставив влюбленных в той осени снова,

В ненастье внезапном ждет счастья и света.

Таинственный спутник влюблен и взволнован

И все еще живы, и осень ликует.

И в темной аллее забытого сада

Мечта над реальностью злой торжествует.

А сердце все любит, а сердце так радо

Пленники любви и красоты

.

Царевна лебедь в черной бездне вод

Плывет куда-то в Пекло и зовет

Туда же живописца в поздний час,

И смотрит в душу, провожая нас.

За окнами унылый листопад,

И кажется все золото под ноги

Швыряет ветер целый час подряд,

Когда замрет Художник на пороге.

Он путает и время, и миры,

К реальности не может он вернуться,

И так пугает этот шарм игры,

Где Демон со скалы вдруг улыбнулся,

И ищет Пан в глуши еще цветок,

Который расцветет для нас с тобою.

И только ал и призрачен восток,

А пленники любви живут любовью.

Страсть пепелит, пугает пустота,

И где-то там, в тумане, за чертою,

Опять склонился молча у холста,

И призраки уводят за собою.

Повержен Демон, Пан нашел цветок,

И Лебедь из тумана выплывает,

Перед картиной замирает Блок,

И новую поэму сочиняет.

В наивности его и высоте

Совсем иная видится картина,

И только блики меркнут на холсте,

«И путь земной дойдя до середины»,

В лесу дремучем где-то у ручья,

Ждет не царевна нас, а Берегиня.

О, Живописец, эта даль твоя

Нас всех сегодня к пропасти откинет.

И будет мир у роковой черты

Совсем незрим по всем его приметам,

Когда Царевна с дикой высоты

Уходит в бездну, он лишится света.

Там душно и темно в таком плену,

Туда нам всем пока не дотянуться,

И только Демон в пустоту взглянул,

И грустный Ангел молча отшатнулся.