Вишни. Роман в двух книгах. Книга первая

Вот заживём!

– Дурак думкой богатие! – укачивая на руках Панаса, с усмешкой ответила Мария. – Жаль папаша, дед Фёдор не дожил да такого счастья. Сколько помощников – казаки!

– Ну, да, сама себя не похвалишь – не ты будешь, – с укором отозвался Максим.

– Ну, ладно тебе, отец! Конечно, твои сынки, казачата. Полюбовно-то нагрешили столько, ты и передыху мне не даешь, рожай да рожай.

– Який тебе передых? Вот недельку две отдохнёшь и займёмся работать над четвёртым казаком…

– Да, прям! – не дав досказать, перебила его Мария, – труженик мне нашёлся, лучше подумай о подготовке к посеву.

– Ты, баба?! Вот и занимайся своими бабьими делами, а мы, мужики, в своих, казачьих, сами разберёмся. Да, Стёпа?

Стёпа, ковырявшийся с каких-то кухонным инвентарём, как с игрушкой, поднял к отцу голову, одобрительно кивнул, непонятно что-то ответил и продолжил своё занятие.

– Во, видала! Старший уже мне помощник. А как подрастут, начнут батьку сообща колотить – не отмашусь.

– Ты думал, кого крёстным возьмём нашему казаку? Ну скажешь тоже, казак, – усмехнувшись, кормя грудью карапуза, Маша.

– Знаю, конечно, окромя Левонтия я никого не хочу. Мы с ним с мальства дружим, и наши дети пусть дружат. А ты, что против?

– Да, упаси, Господи! Домашенко, так Домашенко. Они люди хорошие, правильные, – ты бы, хозяин, своим казачатам салазки наладил. Не сидеть же им всю зиму у матери под юбкой. А-то будут из них, не казаки, а маменькины сыночки.

– Зроблю! Вот всё брошу и зроблю! – набив цигарку и одевая тулуп, добавил, – пойду, скотину управлю и покурю заодно.

– Ну и кто это, интересно, лается? Иди уже! – увидев, что Максим замер, согнувшись в дверном проёме, думая, что ответить, – иди да салазки глянь, они в сарае рассохлись, да и яйца сними, щоб не подавили.

– Ладно, отаманша! – открыв дверь и впустив в хату порцию свежего морозного воздуха, от которого даже вздрогнул на земляном полу Стёпка, повернувшись, добавил, – а ты казачонка, что на руках, прогуляй, пусть закаляется парубок…

Через год с небольшим, а точнее на праздник Святой Пасхи, после праздничного богослужения, Мария Фёдоровна в церкви встретила куму, Наталью Яковлевну Домашенко и обратив внимание на её сильное пополнение фигуры, причина которого была ясна и не только бабам, приветствовала её с христосанием по традиции тройным поцелуем:

– Христосе Воскресе, кумушка!

– Воистину Воскресе! – ответила Наташа.