Полное собрание сочинений. Том 12. Война и мир. Том четвертый

Она так несчастна,] – прибавила Анна Павловна.

Полагая, что этими словами Анна Павловна слегка приподнимала завесу тайны над болезнью графини, один неосторожный молодой человек позволил себе выразить удивление тому, что не призваны известные врачи, а лечит графиню шарлатан, который может дать опасные средства.

– Vos informations peuvent ?tre meilleures que les miennes,[4 - Ваши сведения могут быть вернее моих,] – вдруг ядовито напустилась Анна Павловна на неопытного молодого человека. – Mais je sais de bonne source que ce mеdecin est un homme tr?s savant et tr?s habile.

C’est le mеdecin intime de la Reine d’Espagne.[5 - Но я из хороших источников знаю, что этот доктор очень ученый и искусный человек. Это лейб-медик королевы испанской.] – И таким образом уничтожив молодого человека, Анна Павловна обратилась к Билибину, который в другом кружке, подобрав кожу и видимо сбираясь распустить ее, чтобы сказать un mot,[6 - [остроту,]] говорил об австрийцах.

– Je trouve que c’est charmant![7 - Я нахожу, что это прелестно!] – говорил он про дипломатическую бумагу, при которой отосланы были в Вену Австрийские знамена, взятые Витгенштейном, le hеros de Pеtropol[8 - Героем Петрополя,] (как его называли в Петербурге).

– Как, как это? – обратилась к нему Анна Павловна, возбуждая молчание для услышанья mot, которое она уже знала.

И Билибин повторил следующие подлинные слова дипломатической депеши, им составленной:

– L’Empereur renvoie les drapeaux Autrichiens, – сказал Билибин, – drapeaux amis et еgarеs qu’il a trouvе hors de la route,[9 - Император отсылает австрийские знамена, дружеские и заблудшиеся знамена, которые он нашел вне настоящей дороги.

] – докончил Бибилин, распуская кожу.

– Charmant, charmant,[10 - [Прелестно, прелестно,]] – сказал князь Василий.

– C’est la route de Varsovie peut-?tre,[11 - Это варшавская дорога может быть.] – громко и неожиданно сказал князь Ипполит. Все оглянулись на него, не понимая того, чт? он хотел сказать этим.

Князь Ипполит тоже с веселым удивлением оглядывался вокруг себя. Он так же, как и другие, не понимал того, чт? значили сказанные им слова. Он во время своей дипломатической карьеры не раз замечал, что таким образом сказанные вдруг слова оказывались очень остроумны, и он на всякий случай сказал эти слова, первые пришедшие ему на язык. «Может выйдет очень хорошо», думал он, «а ежели не выйдет, они там сумеют это устроить».