Инспектор Лосев

 – Тут нет… Тут тоже… А, вот! Зурих Михаил Александрович, он самый…

Николов диктует мне одесский адрес своего случайного знакомого и номер его телефона в Москве.

– А свой московский телефон вы ему дали?

– Дал, – конфузится Николов. – И даже предупредил, что хотя всем говорю, что останавливаюсь в гостинице, – он называет ту самую, где жил по его паспорту Зурих, – но на самом деле это частная квартира. На что он почему-то сказал: «Очень удачно». Что тут, собственно говоря, удачного, я, признаться, не понял.

Но мы понимаем.

– Разрешите взглянуть вашу запись?

– Пожалуйста. Вот она.

Николов передает мне раскрытую записную книжку и пальцем указывает на последнюю строчку. Так я и думал. Запись эта сильно отличается от других. Почерк размашистее, крупнее, небрежнее. Они за обедом, видимо, хорошо выпили. И новый знакомый сумел каким-то образом вытащить у Николова паспорт. Но паспорт был в бумажнике, бумажник во внутреннем кармане пиджака, а пиджак… Они сидели в ресторане два часа, обильный обед, много выпито…

– Скажите, – снова спрашиваю я, – вы за обедом снимали пиджак, не помните?

– Да.

– И отлучались куда-нибудь?

– Ну, куда же? – улыбается Николов. – А впрочем… помнится, действительно отлучались. По очереди. Извините, в туалет.

Вот все и стало на свои места.

– Еще один вопрос, – говорит Игорь. – Вы звонили Зуриху по тому телефону, что он дал?

– Кажется, нет… Нет, нет, не звонил, я теперь точно вспомнил.

– Больше он не звонил?

– Нет. Обещал написать.

Дальнейший разговор с Николовым ничего не прибавляет к нашим сведениям о неведомом гражданине Зурихе Михаиле Александровиче. Впрочем, подлинность и этой фамилии вызывает у нас серьезные сомнения, как и одесского адреса этого типа, не говоря уже о телефоне в Москве.

Мы прощаемся с Николовым.

– Смотрите, – напоследок говорю я, – в наших взаимных интересах, чтобы вы не очень болтали о состоявшемся разговоре.

Николов молитвенно прижимает руки к груди, и по глазам его я вижу: он надеется, что так же немы будем и мы.

– В этом вы можете быть абсолютно уверены, – горячо заверяет он.

– И если придет письмо от Зуриха, – добавляет Игорь, – не откажите в любезности, прежде чем ответить, показать его нам.

– Даже не сомневайтесь!

И Николов уходит, осторожно прикрыв за собой дверь. Отправляется получать новый паспорт.