По осколкам разбитых миров

Она наблюдала за котом, который трогал лапой воду и смешно морщился, когда брызги попадали на усы. Я помахала незнакомке, но она не видела меня. Наверное, наши сны просто пересеклись на этом побережье.

Палило солнце, о чем-то шептали волны, вынося на берег гладкие камни. Где-то в кустах, растущих неподалёку, пели птицы.

– Ты тоже ракушки собираешь?

Звонкий детский голосок заставил обернуться. Позади меня стояла девочка лет восьми. Чёрные волнистые волосы, собранные на макушке в большой пучок, непослушно выглядывали, ложились завитками у висков.

Моё внимание привлекли её глаза, огромные и голубые. Казалось, что они впитали все моря и океаны этого мира. В них была какая-то неземная синь, нереальная, и потому красивая. В руках девочка держала корзинку, куда она складывала ракушки, красивые камни. Даже огромная шишка там имелась. Сандалики это босоногое существо положило тоже в корзинку, засыпав своими сокровищами так, что только розовые бантики выдавали их присутствие. Синий сарафан был ей немного коротковат.

– Ты не находила вот такую ракушку? – она достала из корзинки толстую книгу и показала мне картинку. Ракушка на ней и впрямь была восхитительная: с какими-то чудными переливами и узорами.

– Нет, я такую не видела. Но мы можем поискать вместе, если ты хочешь, – ответила я, и мы зашагали по песку.

– Ты, наверное, приехала к бабушке на лето? – спросила я у девочки.

– Нет, я только вчера здесь появилась, – странно ответила девочка и задумалась, теребя пальчиками сарафан.

– Появилась? Может быть, прилетела на самолёте? – переспросила я.

– Да нет же, появилась! – воскликнула девочка и добавила: – Это же ты вчера создала меня, помнишь?

Как понимать её слова?

Девочка поставила корзину, взяла меня за руку, вздохнула и сказала: – Пойдём, я тебе кое-что покажу.

Мы подошли к морю, которое при нашем приближении вдруг успокоилось и стало гладким, как зеркало.

– Смотри, – малышка указала пальчиком на воду.

Там отражалась я. Тёмные русые лохматые волосы, белый сарафан, загорелое под южным солнцем лицо. Но не было девочки.

– Милая, ты где?– позвала я малышку и обернулась.

Девочки не было. Неожиданно с громким стуком распахнулось деревянное окно ближайшего дома, и занавески вырвались наружу, лишь чудом держась за карниз. Порыв подхватил лепестки цветущих деревьев, бросив мне в лицо. Усилившийся ветер гнал волнами песок, прятал за тучами солнце. Надвигалась буря.