Откровения

Или когда не узнаешь себя в невыгодном положении. Только после этого начинаешь подводить черту, и считать на пальцах накопленные чувства, отсеивая мусор.

Первый палец я отрезал, когда перестал благодарить людей, за то, что они были рядом в трудную минуту. Второй палец отрезал за то, что перестал им однажды верить. Третий палец отрезал за то, что перестал жалеть отстающих. Четвертый за то, что перестал просить прощения. И теперь я не могу ни кому пожать руку.

Каждый знает, что если за окном буран, надо лечь спать и на утро все проходит.

Но на душе все не так, если там поднялась метель, то это уже надолго. Потому что нас знобит не от мороза, а от собственного морального кодекса, который был нарушен. Совесть – это нечто большее, чем просто метель за окном.

Нам говорят, что мечтать вредно, но как можно было достать яблоко с высокого дерева, не изобретя палку прежде. Мечтать вредно, только если ты мечтаешь в одиночестве, ведь зло всегда индивидуально. Поэтому и наши фантазии бывают опасны лишь до тех пор, пока они не начнут сходиться с мечтами окружающих.

Я шел уже три недели по острым камням, и узким горным тропам, которые виляли передо мной, как зовущая за собою рука молодой индианки. Сначала скрипели иголки под ногами, и поднимался запах хвои от шишек, потом они сменились нежной водой, щекочущей мои ступни. Вдали был круг над полосой.

И чтобы мы не думали о коварстве других, никто из них не бьет нас так сильно, как мы себя сами.

Все эти страхи потери и атаки со связанными руками, оставляют внутри настолько глубокие раны, что их можно заливать раскаленной лавой, но внешне ничего не будет заметно, все равно. Боль говорит о многом с нами.

На ногах появились ушибы, мозоли и ссадины. Но они были ничтожными, по сравнению с теми ранами – внутри, которые заставили меня покинуть родной дом, и встать на этот тернистый и запутанный путь. Говорят, что даже кошки стесняются своей смерти, и поэтому уходят от хозяев умирать вдали от дома.

Для кого-то боль – это всего лишь четыре буквы, для кого-то страдания – это высокое искусство. Кто-то строит империи на крови, и ставит власть выше любви. А кто-то еще помнит, как его воспитывали родители, и потому относится к самому большому, как к самому малому, и держит каждого еще за руку.

Должны ли видеть наши слезы близкие нам люди, – вероятно нет. Или, только в том случае, если не они являются их причинами.