Арена смерти

Но это было раньше…

– А теперь?

– А теперь моя детская наивность сдохла. Напрасно я тебе об этом сказала, – Ольга замолчала и нахмурилась.

– Я никому не проболтаюсь, – пообещал ей Бык.

– Беда в том, что самое главное словами не скажешь. Всегда есть что-то такое, что выразить нельзя. Вот я к примеру раньше обожала читать, – призналась Ольга. – Все читала, читала – ждала, что там дальше за строками-глазницами, которые смотрят испытующе. Я ведь тоже что-то вечно сочиняла. Иначе душа лопнула бы.

– Дашь почитать?

– А зачем? – Ольга горько усмехнулась. – Чтобы еще раз кто-то тебе плюнул в душу?

– Это не обо мне.

– Все равно. То, что я написала – мое и только мне принадлежит. Это просто как громоотвод. Потому что если не с кем поговорить, то хотя бы надо поделиться с бумагой. Потому что все это надо куда-то деть, вытащить, отдалить от себя – иначе сумасшедший дом, монастырь, петля…

– Ты что-нибудь напечатала?

– Зачем, дуралей? Кому сейчас нужны все эти переживания языческой девы в дорогом прикиде? Если бы я была десятилетняя проститутка с восьмилетним стажем – тогда бы точно с руками оторвали.

Бык увидел, что у нее на глазах навернулись слезы, но не стал ничего больше спрашивать, не будучи любителем лезть никому в душу, справедливо полагая, что если человек захочет, то сам расскажет ему обо всем.

– Что, не подозревал в смазливой Оленьке такие муки? – произнесла она с горькой иронией и умолкла.

– Не подозревал, – признался Бык. – Что-то уж слишком часто я начал ошибаться в людях. В тебе-то я точно ошибся, когда думал, что ты…

– Что я?

– Да так… – сказал Бык и замолчал.

– Знаешь, пойдем-ка со мной, – Ольга поднялась, взяла его за руку и повела за собой вниз по лестнице.

Он повиновался ей, и вскоре они очутились в помещении на первом этаже, за которым в приоткрытую дверь была видна сауна.

– Ты предлагаешь мне попариться? – несколько удивленно посмотрел на Ольгу Бык.

– Нам, – поправила его она и как-то странно на него посмотрела.

– Мы будем парится вдвоем? – еще больше удивился Бык.

– А тебе разве не хочется? – глаза Ольги вдруг заблестели, в них Бык увидел вызов, смешанный с желанием.