Мы все из глины

– Иди в свою комнату, Коленька, и подумай, исправился ты или нет. Сегодня к тебе зайдет твой наставник, вот и поговоришь с ним, чтобы Эмма Эммануиловна внесла подробности в твою историю.

– Не хочу! Не хочу! Я ни в чем не виноват! – как ребенок, канючил Коленька.

– Конечно, не виноват. Мы делаем тебя лучше, помогаем тебе стать достойным гражданином достойного общества. Не подведи нас и в первую очередь себя.

Коленька постоял подумал и молча побрел в глубь коридора. Андреев пытался разглядеть, куда тот зайдет.

Но так ничего не увидел, оттуда доносились лишь Коленькины жалкие всхлипы.

– Давай поднимайся, – махнула ему Василиса.

– Сколько этот парень находится здесь?

Василиса и не подумала отвечать. Она вела Андреева по белому коридору. Стояла мертвящая тишина.

– Вы же обещали мне все рассказать, – вспомнил Андреев.

– Нечего рассказывать. Жить теперь будете, как скажет ваш наставник. Это главное, что вам надо запомнить.

Когда Андреев заходил в свою комнату, он успел рассмотреть металлическую кровать советских времен и стоящий рядом с ней табурет.

Дверь захлопнулась, и комната погрузилась в непроглядный мрак – ни одного окна, ни одного лучика света. Хуже больничной палаты, хуже тюрьмы… Андреев плюхнулся на прохладный матрац и закрыл глаза. Перед глазами с высоты птичьего полета замелькали глиняные домики.

* * *

Витька и Буйный сидели возле своего дома. Парень мял в руках теплую глину. Буйный, прислонившись спиной к стене, смотрел куда-то вдаль.

– Смотри! – возбудился Буйный.

 – Сколько их!

От удивления Витька приоткрыл рот. Там, вдалеке, плотной длинной лентой тянулась толпа. Она шла будто извне. Витька и Буйный знали, что за пределами глиняных лачуг простиралась пустыня – никакой жизни там не было. Откуда они шли, было непонятно. Толпа уверенно держала курс на глиняную землю.

– Витька, я же тебе говорил, помнишь, что сюда будут приходить? И что нам делать? Раньше жрец решал эти вопросы. А сейчас что?

– Не знаю, – безразлично ответил парень.

 – Тебе не все ли равно?

– Нет, Витька, не все равно! Ты не понимаешь, что впереди страшные времена?!

– Для меня они давно ужасные.

– Я тебе вот что скажу. Когда эти люди придут сюда, мы все разведаем, но ты с ними не васькайся.

– Хорошо. Как скажешь, – интонация Витьки не изменилась, он продолжил мять глину и думал о чем-то своем.

Андреев, как раньше, невидимый, наблюдал за ними. Ему хотелось пообщаться – так одиноко ему было.