Космополис архаики. Готические стихотворения

Но истинно измертвым говорю,

И сам я не дошел до алтарей,

Поднесли иудейскому Царю

Терницу за невенчаных царей.

И был венец безбрачия тяжел

И выплетен из розочек двоим,

И мальчик Иисус тогда пришел

За смертию своей в Ершалаим.

«За то – со тернием ходили…»

За то – со тернием ходили,

Были во муках высоки,

Нас в балахоны обрядили

И шутовские колпаки.

И где серебренные кольца,

И где нательные кресты,

Молчит серебро колокольца

И мы, как звоны, излиты.

Ах, это вервие сонимут,

Нас и пожалуют одних,

Цветочков мертвые не имут,

А мы воскреснем лишь о них.

Тупик

Золотое черногладье

Ростральных колонн, как у Биржи,

Здесь нет и порталы не те,

Что к золоту горнему ближе,

Чем к вежд роковой широте.

Сторонне горит Мариинка,

Плывет Исаакий в огне

Холодном, Большая Ордынка

В готическом рдится окне.

И кто из него Крысолова

Окликнет, кто ангельский хор

Узорчатым тлением Слова

Ожжет, яко бледный фарфор.

Цезурные невские волны

Испариной мертвой взялись,

Альковницы рейнские челны

Топят, сами все извелись.

Ищи гордеца-богомола

В лазури убойной, под ним

Пылает райская фиола,

Ероним сейчас не храним.

А невские злые граниты

Иных фиолетов бегут,

Вздыхают легко меццониты,

Орфеев и львов стерегут.

Лишь только уста открывали

Певцы, от румынских графинь

Парчи их немые скрывали,

Как письма династии Минь.

Винтовие челяди адской

Свинцами витыми грозит,

Се кадиши аднице блядской

Веселье несут и транзит.

Декором серпы повилики

Мерцают на пенной листве,

Когда полумертвые блики

В кровавой плывут мураве.

Углы и квадраты строений;

Из мраморной глуби двора

В смарагдовый обруч растений

Дохнуло, и стало «вчера».

Но формы хранили былые

Предметы, и суть не могла

Растечься, разлиться в иные,

Бежавшие тленья тела.

Абсурдные стены и ныне

Стоят в блеске вечных лучей.

Из каменной этой пустыни

Исхода нам нет, Моисей.

Пятый архаический этюд

В эту среду, Господь, мало праздновать нам,

Мало пить на миру и в красе умирати,

Прогуляться ль пойти к шпиленосным стогнам,

Там и звезды ярчей, и приметнее тати.

Что о райских перстях кровослезно жалеть,

Коль не выбрались мы за черту Людогощи,

Буде рок указал, так и будем белеть,

Зрят пускай косари залежалые мощи.