Тайна сердца

 – Но ты знаешь-то Дарью Сергеевну всего один день.

– И что из того? – с вызовом заметил Михайлов. – Я ее, едва увидел, сразу же понял, что любить мне ее суждено навечно.

– Во как?! – рассмеялся Платон.

– Смешного ничего не вижу, штабс-капитан, – угрожающе вымолвил Михайлов. – А ты, Илья, прямо скажи, будешь ли против нашего венчания с Дашенькой или нет?

Разговор принял странный оборот, к которому Теплов явно не был готов. Он, конечно, видел, что Даша нравится Михайлову. Но не думал, что до такой степени, чтобы Иван в первый же вечер заговорил о свадьбе.

– Ну что ты опять молчишь, как сыч? – окликнул Иван друга. – Ответ-то твой каков будет? Ты ведь старший в роду, тебе и решать.

– И о чем тут говорить? – хмуро ответил Илья. – Считаю, что предложение твое глупо.

– Отчего же? Объяснись! – выпалил Михайлов.

– Оттого, что Дарья бедна как церковная мышь, – умело соврал Илья. Теплов точно не знал, какое состояние оставили девушке покойные родители. Но помнил, что усадебный дом и пара деревень за ней имеются, и доход, хоть и небольшой, должен быть ей положен, когда она достигнет совершеннолетия.

Так Марья Ивановна всегда говорила. Однако Илья решил прямо на корню пресечь все поползновения друга в сторону Даши. – Живет в нашем доме из милости.

– И что же? – строго спросил Иван. – Разве у нее незнатное имя? Она не дворянка?

– Дворянка.

– И сестра же она тебе двоюродная по отцу, ведь так?

– Так, – кивнул невольно Илья.

– Этого достаточно, – сказал твердо Михайлов.

 – Я не сильно богат, но состояние у меня имеется. И нам с Дарьей Сергеевной хватит. А то, что она бедная родственница, только к лучшему, не будет сильно притязательна к деньгам. А уж за ее глазки яхонтовые да за характер ладный ей не то что бедность, но и другое простить можно.

– Не хочу тебя печалить, – вымолвил Илья, – Но матушка моя и слышать ничего не хочет о помолвке Даши до ее восемнадцатилетия. Она уже отвадила одного ухажера, – вмиг соврал Илья.

– А когда у Дарьи Сергеевны именины? – поинтересовался Михайлов.

– Двадцатого января.

– Так скоро уже. Вот что я тебе скажу, Илья Григорьевич, – сказал Михайлов и, выдержав паузу, твердо добавил: – Двадцать первого числа следующего месяца, как раз после именин Дашеньки жди меня к себе в гости. Свататься приеду.

– Ты уж точно решил? – пораженно спросил его Штуммер.

– Точно, – кивнул Михайлов. – Ну что, будем зятьями или как? – и хлопнул по-дружески Илью по плечу.