Возрождение Марии Ивановны

– Обычная среднестатистическая особь, – начал худой подчинённый. – Не из верхушки общества, но и не из низов.

– Спасибо! – нахмурил брови начальник. – Очень помог мне.

– Пожалуйста! – сказал не уловивший или сделавший вид, что не уловил сарказма, подчинённый.

– Балбес! Ты вообще не помог! – крикнул шеф. – Что ещё о ней известно? Почему она так хочет обратно? В свою жизнь?

– Она только что умерла от остановки сердца, – вставил толстый работник.

– Внезапно? Без болезни?

– Нет. Она долго болела.

– И что, болезнь не подготовила её к смерти? Не смирила с мыслью?

– Абсолютно нет, – ответил опять толстый. – Даже в день своей смерти она переговорила с пятью людьми вживую и с пятнадцатью по телефону. Веселилась и смеялась. Она и умерла, общаясь по телефону, чем сильно напугала свою собеседницу. Скорая помощь, вызванная последней, уже приехала и констатировала её смерть.

Шеф улыбнулся:

– Вот это живчик! Что ещё известно о ней?

– Сплетницей она была и сводницей, – выкрикнул худой. – Про всех в своём районе знала, все новости стекались к ней. Кто сколько зарабатывает, кто кому должен, какие у кого «скелеты» в шкафу. Просто талант в этом деле. Муж по струнке у неё ходил… Да что муж – весь подъезд, весь дом без её ведома «чихнуть» боялся. Сгусток энергии просто.

Повторно пришлось почесать голову шефу:

– Вот те на! А что же Смерть нам таких живчиков отправляет? Конвейер наш хочет испортить?

– Она пренебрежительно высказывалась о разных болезнях и самой Смерти, – сказал толстый.

– Пусть по-другому проучивает, – выпалил босс. – А вы отошлите эту душу обратно, запишите её, и чтоб ближайшие пятьдесят лет я её здесь не видел!

*****

– Она же дышит! Дышит! Смотрите!

Алексей – сын Марии Ивановны, – вцепившийся мёртвой хваткой в мать и обильно поливающий её слезами, был вне себя от счастья.

Врач скорой помощи неохотно подошёл к кровати, чтобы показать молодому человеку, что желаемое часто выдаётся за действительное. Не получилось… В этот раз желаемое и было действительным.

– Но как это возможно? – спросил он у своего коллеги. – Когда я приехал, она уже была без пульса и холодная…

– Не знаю, не знаю. Не всё можно объяснить в этом мире.

А Мария Ивановна уже всё слышала.