Пингвины средней полосы

Если тебе любая чешуя сойдёт – ступай, поройся в пещере: у меня почесуха от иноземных рыцарей, и шкура из-за них шелушится.

Обрадованная девочка скрылась в пещере. Через полчаса дракон начал нервничать, но из пещеры, чихая, уже появилось грязное существо, всё в саже и паутине.

– Почему ты не женат? Тогда у тебя было бы чище, и мотоцикла среди драгоценностей не валялось бы…

– Не твое дело! Может, я ещё не готов к серьёзным отношениям! Ты нашла, что хотела?

– Даже не знаю… В рецепте ведь не написано, что в приворотное зелье сгодится мусорная чешуя… Если у меня ничего не выйдет с самым лучшим на свете мальчиком, тогда я выйду замуж за тебя! Наведу порядок в пещере, она будет очень миленькая.

Дракон тоже закрыл глаза, представляя, как его пещера превращается в жилище новобрачных, презревших межвидовые барьеры.

– Я был неправ! Ты так старалась, надо тебе помочь закончить работу.

Он повернул голову к хвосту (варварские инструменты не нанесли никакого ущерба естественной кольчуге), оттопырил клыком несколько чешуек и, закусив их передними зубами, резко мотнул головой.

– Желаю удачи, – он выплюнул чешуйки к ногам девочки, – и взаимности в любви. Только не надо меня целовать, обнимать и выходить за меня замуж. Просто уходи и больше не возвращайся!

Следующее утро снова не задалось, а причиной тому стали громкие неразборчивые вопли.

– Я даже не сомневался…

Обрадовавшись его появлению, очередная несъедобная гостья патетически завопила:

– Я пришла, чтобы ты, тварь поганая, меня проглотил!

– По утрам совершенно нет аппетита, – соврал дракон. – Почему ты так странно ко мне обращаешься?

– В книжках про рыцарей написано, что с драконами разговаривают именно так. А ещё там написано, что они всегда голодные и проглатывают людей и коней целиком, не разжёвывая.

– Врут! Всё врут, честное слово! – вспомнил он давешнего коня.

– Ну и дурак. Я хочу, чтобы ты меня съел.

– Никто не хочет, чтобы его съели, это противоречит инстинкту самосохранения, – назидательно произнёс дракон.

– А я хочу! – девочка топнула ногой. – Ты меня съешь, а потом я буду лежать в гробу юная и прекрасная, и они все обо мне пожалеют!..