Герман и Доротея

С ними якшаться ему, видать, удовольствия мало,

Даже девичьего круга чуждается он, равнодушный

К танцам изящным, юность влекущим к себе неизменно».

Так рассуждая, он слушал внимательно; вдруг издалека

Топот послышался конский, колеса вдали застучали,

И, грохоча, экипаж подкатил с разбегу к воротам.

Терпсихора

Герман

Только в раскрытых дверях показался сын благонравный,

Тотчас же пастор в него проницательным оком вгляделся,

Весь его облик окинул, следя за его поведеньем,

Как наблюдатель, привыкший читать сокровенное в лицах,

И, озаряясь улыбкой, приветливо юноше молвил:

«Вас подменили как будто, досель не случалось ни разу

Видеть веселость такую в глазах ваших, в каждом движенье!

Чем-то вы очень довольны! Должно быть, этим несчастным

Роздали вы подаянье и радостью их умилились».

Скромно на эти слова ответствовал юноша чинный:

«Стою ли я похвалы –  не знаю, но мне повелело

Сердце так поступить, как рассказ мой об этом покажет.

Матушка, вы, извините, так долго тряпье мне искали,

Узел с таким опозданьем сготовили мне на дорогу,

Пиво, вино и съестное столь бережно клали в корзины,

Что не успел я далеко отъехать от нашего дома,

Как потекла мне навстречу толпа горожан любопытных –

Жены, ребята. Уж были изгнанники в поле далеко.

Я лошадей подхлестнул и быстро помчался в деревню,

Где беглецы, как слыхал я, намерены стать на ночевку.

Только свернул я с пути на проселок, как вдруг заприметил

Фуру из крепких жердей, неспешно влекомую парой

Крупных и дюжих волов иноземной, как видно, породы.

Девушка рядом шагала, привычно и мерно ступая,

Длинным бичом на ходу понукая сильных животных.

То их подгонит вперед, то движеньем сдержит умелым.

Выждав, пока экипаж поравнялся с медлительной фурой,

Девушка молвила мне: «Поверьте, подобного горя,

С коим встречаетесь вы, доселе судьба нам не слала.

Мне подаянье просить еще не привычно, тем боле

Что подают его часто, чтоб нищего только спровадить.

Все ж заставляет нужда говорить. На охапке соломы

Нынче жена богача от бремени тут разрешилась.

Мука была для нее на волах по ухабам тащиться.

Мы потому и отстали, что еле дышит бедняжка,

Новорожденный лежит нагишом у нее в изголовье,

Только немногим помочь ей наши попутчики могут,

Если в ближайшей деревне, где мы ночевать собирались,

Нам их удастся найти, –  но боюсь, что они уж в дороге.