Книга искушений

Деловито сбросил на землю большой мешок с инструментами и принялся осматривать гробницу. Дылду бил озноб – организму требовался допинг. Он нервно переминался с ноги на ногу и бормотал:

– Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, Иже везде сый и вся исполняй. Сокровище благих и жизни Подателю, приди и вселися в нас, и очисти нас от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша…

– Заткнись! – прошипел Гвоздь. – Алкаш блаженный…

Тот замолчал. Он давно привык с подобным обращением своего шефа.

Окончив осмотр, главарь прикурил:

– Вскрывать «избушку» будем так: собьем бетонную стяжку с краев, сделаем подкопы и поставим домкраты по углам плиты.

Дылда кивнул и взял кайло в руки. Окурок полетел в темноту. Оба принялись за работу. Через полчаса бетонная стяжка была отбита.

Коренастый главарь ловко подкопал землю и установил домкраты – эту операцию он доверял только себе. Докрутил подъем плиты на полметра вверх – сквозь образовавшуюся щель уже можно было пробраться внутрь.

– Лезь! – мрачно приказал он Археологу.

– Почему я всегда первый? – заерепенился тот.

– Лезь, кому сказал! – сжал кулаки Гвоздь.

Дылда полез внутрь. Когда ноги его исчезли, из склепа послышался глухой стук. Потом вспыхнул свет фонаря. Через мгновение донеслось:

– Твою мать! Мы сорвали куш!

Гвоздь нырнул внутрь. Мягко приземлился, огляделся. Действительно, фамильный склеп цыганского барона был отделан по последнему слову времени: стены выложены дорогой плиткой, внутри склепа было много дорогостоящей аппаратуры и даже мини-бар, под завязку набитый экзотическим спиртным.

Сам покойник лежал в стеклянном саркофаге, установленном на бетонном постаменте. Осторожно сняли крышку гроба и аккуратно, чтобы не разбить, прислонили к постаменту.

Окладистая борода барона седой пушистой волной струилась по великолепному серому костюму. На сложенных вместе ладонях выделялись печатка с семью бриллиантами и массивный золотой браслет.

– Слушай, Гвоздь… А как его звали при жизни?

– Кого?

– Ну цыгана этого…

– Михаил Оглы. А что?

– Ничего. Давай быстрее с ним закончим.

– Тогда обыщи его, – приказал Гвоздь. – Снимай с него все побрякушки, которые найдешь. Да смотри, не жадничай! Бери только самое ценное. Жадность – смертный грех, слышал об этом?

Археолог кивнул.