Цивилисты

Содержимое банок тут же поглощалось братьями с большим удовольствием. Да и кто в детстве не любил сгущенку? Только когда дети возвращались домой к родителям и в занимаемой ими деревенской комнате производилась более тщательная, чем обычно, уборка, под диванами, которые им были выделены для сна, обычно убиравшаяся Майя находила пустые жестяные банки от сгущенки. Понятно, не одну и не две.

– А почему в банках по два отверстия? – все удивлялась Роза Васильевна, полагавшая, что одной дырки, чтобы высосать содержимое банки, вполне достаточно.

– Мама, да это для того, чтобы воздух помогал густой молочной массе быстрее выходить из банки, – объясняла матери Майя, видимо и сама еще помнившая время подобного поглощения лакомства.

Там же во всем своем разнообразии валялись фантики от съеденных шоколадных конфет, хранившихся в большом тридцатиметровом зале пристройки. Ну тут уж никуда лазить не нужно было. Зал находился в пристройке к основному дому. Нужно было лишь стать на табурет или стул и открыть дверцу верхней части находящейся в зале стенки.

Много позже Кира, иногда вспоминая какие-то эпизоды жизни своих сыновей, как-то спросила Илью о том периоде.

– Ну почему вы таскали конфеты у бабушки тайком по ночам? Вам что, днем их не давали?

– Конечно давали, но по одной-две. Да как же можно было утерпеть, зная, что там хранится такое богатство, когда хотелось еще? – с улыбкой отвечал он.

Дед Георгий Михайлович никогда не обсуждал этого с внуками. Роза Васильевна, трудами которой скапливалось такое лакомое богатство, сама воспитывала внуков.

– Если вам хочется конфетку, надо спросить разрешения у меня или у тети Майи, и мы вам дадим, – поучала она их правилам поведения. – Есть сладости до еды – завтрака, обеда или ужина – не нужно. А сгущенку вообще едят не по банке за раз, ее нужно добавлять в чай всего-то несколько ложечек.

Дети все понимали, но были в этом вопросе категорически не согласны с бабушкой и теткой. Они и сами достаточно хорошо понимали толк в сладостях, чтобы самим определять время и количество их употребления. Несмотря на обнаруженное после отъезда внуков безобразие, из года в год ничего не менялось: лаз в подпол и банки со сгущенкой оставались на прежнем месте, ваза с конфетами оставалась там же и всегда была до краев заполнена лакомствами.