Фигня

Переодеваясь, Иван коротко рассказывал Редькину о происшествии на улице Пестеля:

– А они как подкатят, да как начнут: пах! пах! А те в ответ: тра-та-та-та! А эти: бабах! Дырки в «мерсе» —во! Кулак пролезет…

– Ну ладно, а ты где был? – спросил Редькин.

– Рядом. Участвовал в задержании.

– Ну и?..

– Задержали… На пятнадцать минут, – сказал Иван.

– И отпустили?! – изумился полковник.

– Как видите, – сказал Иван.

– Так кто кого отпустил? – запутался Редькин.

– Меня отпустили, – признался Иван.

– Тьфу ты! – рассердился полковник. – А я думал…

– Не… Не получилось их взять. Но я всех в лицо запомнил, – сказал Иван. – Не уйдут.

Наконец оба молодых офицера переоделись и предстали перед начальством в том виде, в каком их должны были увидеть журналисты: белоснежные блестящие обтягивающие костюмы, нечто среднее между одеждой астронавтов и костюмом любителей подводной охоты, на лицах – маски, как у Фантомаса.

И тут Карамышев решил их познакомить.

– Вам предстоит работать вместе не один день. Вы должны хорошо узнать друг друга. Пожмите руки, товарищи!

Иван с готовностью протянул свою крепкую ладонь и стиснул узкую аристократическую ладошку Вадима. Тот скривился от боли, даже под маской было заметно.

– Потише, пожалуйста… Капитан Богоявленский, – произнес он.

– От души… Лейтенант Середа, – широко улыбнулся Иван.

– Капитан Богоявленский назначен старшим группы, – сообщил генерал.

Редькин обиженно засопел.

– Группа-то межведомственная, товарищ генерал… Можно бы и без субординации.

А сам подумал: «Опять органы всех под себя подминают!»

– Приказы не обсуждаются, – сухо отрезал Карамышев. – Прошу на сцену, – он указал обоим Фантомасам – высокому худому и плотному маленькому – на дверь, ведущую в зал.

Глава 5

Брифинг

Зал пресс-центра был заполнен журналистами до отказа. Четверка представителей служб безопасности расселась за столом, где таблички с наименованием должности, звания и фамилии имелись лишь у двух центральных мест, а именно – у мест Карамышева и Редькина. Места российских Фантомасов никаких данных не имели.

Карамышев придвинул к себе микрофон и начал говорить.