Дума о Севастополе (сборник)

Мы знали: можно, на кочках скользя,

Сгинуть в болоте, замерзнуть можно,

Свалиться под пулей, отчаяться можно,

Можно и то, и другое можно,

И лишь Ленинграда отдать нельзя!

И я его спас, навсегда, навечно:

Невка, Васильевский, Зимний дворец…

Впрочем, не я, не один, конечно, —

Его заслонил миллион сердец!

И если бы чудом вдруг разделить

На всех бойцов и на всех командиров

Дома и проулки, то, может быть,

Выйдет, что я сумел защитить

Дом. Пусть не дом, пусть одну квартиру.

Товарищ мой, друг ленинградский мой,

Как знать, но, быть может, твоя квартира

Как раз вот и есть та, спасенная мной

От смерти для самого мирного мира.

А значит, я и зимой, и летом

В проулке твоем, что шумит листвой,

На улице каждой, в городе этом

Не гость, не турист, а навеки свой.

И всякий раз, сюда приезжая,

Шагнув в толкотню, в городскую зарю,

Я, сердца взволнованный стук унимая,

С горячей нежностью говорю:

– Здравствуй, по-вешнему строг и молод,

Крылья раскинувший над Невой,

Город-красавец, город-герой,

Неповторимый город!

Здравствуйте, врезанные в рассвет

Проспекты, дворцы и мосты висячие,

Здравствуй, память далеких лет,

Здравствуй, юность моя горячая!

Здравствуйте, в парках ночных соловьи

И все, с чем так радостно мне встречаться.

Здравствуйте, дорогие мои,

На всю мою жизнь дорогие мои,

Милые ленинградцы!

Дума о Севастополе

Я живу в Севастополе. В бухте Омега,

Там, где волны веселые, как дельфины.

На рассвете, устав от игры и бега,

Чуть качаясь, на солнышке греют спины…

Небо розово-синим раскрылось зонтом,

Чайки, бурно крича, над водой снуют,

А вдали, пришвартованы к горизонту,

Три эсминца и крейсер дозор несут.

Возле берега сосны, как взвод солдат,

Чуть качаясь, исполнены гордой пластики,

Под напористым бризом, построясь в ряд,

Приступили к занятию по гимнастике.

Синева с синевой на ветру сливаются,

И попробуй почувствовать и понять,

Где небесная гладь? Где морская гладь?

Все друг в друге практически растворяется.

Ах, какой нынче добрый и мирный день!

Сколько всюду любви, красоты и света!

И когда упадет на мгновенье тень,

Удивляешься даже: откуда это?!

Вдруг поверишь, что было вот так всегда.

И, на мужестве здесь возведенный, город

Никогда не был злобною сталью вспорот

И в пожарах не мучился никогда.