Лента Мёбиуса

Лента Мёбиуса

Александр Кучаев

Закончится ли когда-нибудь эта тягомотина, связанная с опасностью быть пойманным? Вспомнилось слово, данное матери: не сесть заново. Но одно дело – обещать и совсем другое… Не зарекайся ни от тюрьмы, ни от сумы!

Александр Кучаев

Лента Мебиуса

© Кучаев А, текст, 2021

© Геликон Плюс, макет, 2021

* * *

Мы бежали с тобою, опасаясь погони,

Чтобы нас не настигнул автомата заряд.

Глава первая

Не с одесского кичмана

– Давай, шевелись, клоуны! – крикнул Христофоров, и его трубный голос, подхваченный эхом, пронёсся по всей лесосеке.

Христофоров – бригадир «Кентавра», московской компании, занимавшейся лесозаготовками, наш временный начальник, двухметровый сорокалетний мужичина по кличке Бедила, весом около ста шестидесяти килограммов и невероятной физической могучести. А «клоуны» – это мы, зэки исправительной колонии строгого режима «Полярный медведь», работавшие на лесоповале.

Спереди, ближе к левому боку, за поясом у Христофорова плеть, а справа, чуть сзади, кобура с пистолетом ТТ. Плеть не простая, в хвосте её была завита довольно-таки увесистая свинчатка. Рассказывали, что этой штукой Христофоров на спор сокрушил быка-трёхлетку, попав ему промеж рогов. Не стеснялся он потчевать своей плетью и зэков, правда, в четверть силы, чтобы не убить и не покалечить серьёзно, дабы не лишить работоспособности.

Однажды и я испробовал её воздействие.

За то, что не слишком быстро уступил дорогу начальнику. Удар пришёлся наискосок по спине, от правого плеча и до низа левой лопатки; обожгло, как огнём, а в месте, куда угодила свинчатка, образовалась долго не заживавшая рваная рана; я тогда упал, не помня себя, и после неделю не мог вдохнуть в полной мере.

– Шевелись, бездельники, тунеядцы, нажимай! – продолжал кричать Христофоров, поворачиваясь во все стороны. – Давай, давай, нажимай!

– «Давай» в Москве сам знаешь, чем подавился! – раздался злой голос за деревьями, сопровождаемый смачным звуком плевка.

– Кто сказал?! – закричал начальник, ещё больше повышая голос. – Ты, Карузо?

Карузо – это я, Валентин Измайлов, один из зэков «Полярного медведя».

– Нет, что вы, Алексей Иваныч, не я! – крикнул я с максимально выраженной лояльностью и даже с подобострастием. – Вы же знаете, мы люди смирные, нам лишние проблемы ни к чему.