Английский «пэрэдайз»

Но может быть у них тут так принято. А завтра предстоит знакомство с Дареном Фрейзером. Ольга с ужасом представила ещё один бесконечный ленч. «Ладно, не надо паниковать раньше времени», – сказала она себе, входя в метро.

Когда Ольга ушла, Рой, казалось, позабыл, о чём он так долго рассказывал. Дон увидела, что выражение его лица изменилось. С игривого, оно поменялось на задумчиво-грустное.

– Я, пожалуй, тоже пойду, – сказала Дон и протянула руку, чтобы взять куртку.

– Подожди, – остановил её Рой, – что ты думаешь о ней? – И он кивнул в сторону, куда ушла Ольга.

– Я уже тебе говорила, она очень милая девушка, воспитанная, образованная, вполне нам подойдёт, я думаю. Ты же сам видишь, говорит она по-английски хорошо, умеет ладить с людьми, а главное, она русская и понимает, что русским нужно. Полагаю, что она справится.

Рой крутил салфетку в руке, лицо его вдруг стало серым, губы сжались в тонкую линию, и Дон показалось, что ему вдруг стало плохо.

– Всё нормально? – спросила Дон с тревогой.

Рой поднял на неё глаза и вдруг как-то очень громко сказал:

– Я сейчас говорил с призраком.

Дон опешила.

– С кем?

Рой не ответил, но Дон увидела, что у него заиграли желваки, и он стиснул зубы.

Повисла тишина. Дон даже показалось, что шум утих во всём ресторане.

–Ты, правда, в порядке? – неуверенно спросила она?

Не ответив на её вопрос, Рой сказал:

– Я и тебя измучил, иди уже тоже…

–А ты? Не пойдёшь?

– Я ещё останусь, – как-то вяло сказал Рой.

Удивлённая, Дон быстро собралась и, не оглядываясь, покинула ресторан. А Рой в глубокой задумчивости так и сидел за столом, теребя салфетку.

***

На следующий день после ленча с Роем Аркетом, Ольга познакомилась с ещё одной важной фигурой компании, Дареном Фрейзером. Это был дородный мужчина с большим животом любителя пива. Седовласый, с чёрными глазами, которыми он играл как кот на завалинке в ожидании зазевавшейся мышки, Дарен выглядел загадочно и таинственно. Когда Ольга и Дон встретились с ним в ресторане, он был приветлив, но потом постоянно говорил намёками, какими-то двусмысленностями, писал смс по двум «мобильникам», делая многозначительное выражение лица, и вообще пытался создать образ уставшего от суеты профессора, все знающего и снисходительно смотрящего на жизнь.