Заколка

Макаров засиделся в офисе допоздна, просматривая финансовый отчет, а также изучал документы по кредиторской задолженности нового объекта, который планировал приобрести Волков.

С Макаровым очень хотела пообщаться главный бухгалтер Марина Ланина.

Она очень сомневалась в необходимости данной сделки, особенно после того, как убили Ломакина.

– Леш, ты же понимаешь, что убийство Ломакина связано с этим объектом? И как быть с долгами собственника яхт-клуба плюс непонятные агенты и посредники, да и собственник, который убежал в Лондон? – взволнованно спросила Ланина.

– Тань, все может быть, но позиция Николая Алексеевича простая: мы никого и ничего не боимся, яхт-клуб нам нужен, «Волгабанк» даст необходимый кредит на погашение долгов, поэтому ничто не помешает завершить сделку, – сказал Макаров.

– Не знаю, интуиция подсказывает, что тут не все ладно, – заметила Ланина.

Игорь вышел из офиса вместе с юристом Олегом Мининым. Тот поведал много нового, а также о новых претензиях в отношении продукции от клиента, но Игорь только делал вид, что слушал его, на самом деле его мысли занимали другие вещи.

Он попрощался с Мининым и последовал к своей машине.

Игорь приехал в Заречье, припарковался и поднялся к себе в квартиру. Принял душ и поискал дубликат ключей от загородного дома. Ему хотелось вернуться обратно домой, осмотреть внимательно все предметы в доме – возможно, найдутся следы того, кто забрал Настю. Ключ он обнаружил в шкафу с документами на дом.

– Дожили, построил дом, а теперь не могу поехать к себе – они наверняка там, а в полицию обращаться нельзя! – размышлял вслух Игорь.

После того как провели судебно-медицинскую экспертизу и тело Елены передали родственникам для погребения, Волков оперативно решил все вопросы с похоронами.

Из Тулы приехали близкие родственники Елены – ее отец, друзья, бывшие коллеги по работе. Мать Елены приехать не смогла, так как сильно болела и находилась в больнице. Ей даже не сказали о смерти дочери.

После похорон Елены ее отец, Станислав Ковалевский, подошел к Волкову и сказал с горечью:

– Я не одобрял ваш брак, но она меня не слушала, и вот к чему все это привело.

Николай смотрел на Ковалевского и молчал, он не смог ничего ответить, возразить. Взаимоотношения у них всегда были сложными, поэтому Волков старался не усугублять ситуацию, особенно в такую минуту.

Он подошел к могиле, наклонился над ней и прошептал:

– Прости меня, Лен, что послушал тебя и отпустил одну.