Любовь к деньгам и не только

Вот если бы ещё и менты не беспокоили! Но сержант Ширяев разбудил.

– Эй, Потугин! Давно тебя не видно было.

– Соскучился, что ли?

– Ага, – сержант был совсем молодым и очень нравился сам себе.

– В Питер к сыну ездил.

– А что ж вернулся?

– Сноха выгнала. Сказала: одного алкаша в доме хватает.

– Пьёт, что ли, сын?

– Не то, чтобы сильно…

– Значит, пьёт. Теперь тебя, Потугин, можно на вокзале прописать.

Сержант, довольный своим остроумием, прошёл дальше. Потугин размечтался о том, как его пропишут на вокзале и выдадут талоны.

Вот тогда он купит бутылку водки по госцене, и так хорошо ему от этих мыслей стало, что он уснул сном праведника и не просыпался до самого утра.

Сытый ещё от вчерашнего борща, он мучительно хотел курить. Рядом вкусно дымил сигаретой пожилой мужик. Потугин с трудом отвёл глаза и сглотнул слюну – попросить закурить он не мог, гордость не позволяла. Подождал, пока гражданин докурит, выбросит окурок и уйдёт, а потом залез в урну и достал чинарик.

Разменивать заработанные деньги было жаль, но пришлось – ноги разболелись, суставы к перемене погоды скрутило. «Кончается бабье лето, скоро холода начнутся», – подумал с тоской.

Аптекарша Сара ему мазь дала вонючую, хорошо помогает. Сказала, что эта мазь сейчас дефицит, но ему, старому знакомому, четыре тюбика найдёт.

Потугин посидел в аптеке, снял свои разбитые сапоги, брючины задрал, мазью больные места натёр.

– Что ж ты к своему младшему жить не пойдёшь? – спросила Сара участливо.

– Пьёт он. – Потугину не хотелось быть откровенным, но пришлось – в благодарность. – Оба пьют.

– От тебя, стало быть, научились.

– Не учил я их этому. Я, может, хотел, чтобы они институты позаканчивали, в шишки выбились.

– А от чего твоя жена умерла?

– Рак у неё был.

Сара вздохнула, а Потугин вспомнил, как Маша, узнав о своей болезни, сказала: «Это ты виноват! Это от твоих побоев у меня рак!» Он заплакал, как и тогда, десять лет назад. Маша доброй была. Она его простила.

Не захотела с собой в могилу обиду уносить.

Душевные в этой аптеке люди. Старик даже хотел благодарность в книгу отзывов написать, только он неграмотный, попросил, чтобы Сара сама написала под диктовку, а он бы подписал. Но Сара засмеялась, махнула рукой:

– Ладно, как-нибудь без твоих похвал проживём!

Когда Потугин уже собрался уходить, Сара его остановила.

– Чуть не забыла тебе сказать!

– Чего?

– У нас в городе дом престарелых открылся.