Израильская литература в калейдоскопе (сборник)

Переходы во времени непостижимы, и твоя попытка отнестись к ним просто как к чему-то, само по себе происходящему, – оскорбление интеллигенции. Единство времени, места и действия, все остальное – шарлатанство!

Сценарист слушал и не знал, куда ему деваться. «Как же я оскандалился, – думал он. – Как оскандалился, Б-г мой, я этого не выдержу».

Он ходил по изменившим ему улицам и не знал, куда ему спрятаться. Он поехал в Иерусалим и не знал, где ему спрятаться. Поехал в Нагарию и не знал, где укрыться. Отправился на вечеринку, чтобы забыть все и отвлечься, и встретил там девушку, которая сказала ему:

– А я думала, что Вы не знаете, где Вам спрятаться.

– Верно, – сказал сценарист, – я действительно не знаю, куда мне спрятаться.

– Давайте я покажу Вам, – сказала ему девушка.

– Что? – переспросил сценарист.

– Где Вы можете спрятаться.

– Ты на самом деле знаешь, где я могу спрятаться?

– На сто процентов.

– Я должен взять с собой что-нибудь?

– Сумку через плечо и рюкзак разума, – сказала девушка.

Они назначили место и время встречи на завтрашний день. Девушка пришла на назначенное место. Ее можно было увидеть уже за пять минут до условленного времени, и сценарист, заметно ускоряя шаг, появился из боковой улочки.

– Надеюсь, я не опоздал, – сказал он.

– Пойдемте, – сказала девушка.

Она подвела его к машине «альфа-33» восемьдесят восьмого года, и они тронулись с места. “Это внутри города?” – спросил сценарист, но девушка не ответила, и его разобрало любопытство.

– Ого, а здесь классно, – сказал сценарист, вглядываясь в окружавшие их горы с их библейской и геологической мощью. – Я потрясен, никогда не видел ничего подобного вот так.

– Хорошо, пока, – бросила девушка.

– Что, здесь? – удивился сценарист.

– Да, почему нет?

– Когда приедешь за мной? – спросил он.

– Когда-нибудь, – сказала девушка и села в свою «альфу-33» восемьдесят восьмого года.

Воцарилась пустынная тишина, тишина вне времени, непреходящая тишина вечности. Там не было ни одного предмета, даже похожего на пластик. Он пошел и по мере того, как шел, понял, что должен был начать свой фильм с какого-нибудь пустынного места, что пустыня скрывает в себе множество тайн, и все, что выйдет из нее, будет выглядеть самым обыкновенным в мире.