Портфель учителя

Из леса доносились приглушенные голоса птиц.

– Вы в таком виде собрались в горы?

Минут через тридцать после того, как к нам подсел Тоору, Сатору остановил машину и заглушил двигатель. И Тоору, и Сатору, и я были в джинсах и спортивных ботинках.

Выйдя из машины, хозяин бара и его кузен сделали несколько наклонов, разминаясь. Глядя на них, и я сделала пару упражнений для растяжки. И только учитель стоял как вкопанный. Он был одет в твидовую пиджачную пару и кожаные ботинки. Костюм выглядел старым, но был хорошо пошит.

– Перепачкаетесь ведь, – продолжил свою прошлую реплику Тоору.

– Ничего страшного. – Учитель переложил свой портфель из правой руки в левую.

– Может, лучше оставить сумку в машине? – предложил Сатору.

– Да нет, ни к чему, – отказался учитель.

Мы пошли по лесной дороге. На спинах Сатору и Тоору висели похожие рюкзаки. Это были альпинистские рюкзаки, примерно на один размер больше моего. Тоору шел первым, а Сатору – последним.

– Что, подниматься оказалось неожиданно трудно? – обратился ко мне Сатору.

– Д-да уж, – ответила я, и тут же впереди раздался голос Тоору:

– Шагайте помедленнее, не спешите.

Иногда мы слышали тарахтящий звук. Учитель поднимался в обычном темпе, даже не запыхавшись. Я же уже дышала с трудом. Странный звук теперь слышался постоянно.

– Это глухая кукушка? – пытался угадать учитель.

Тоору, обернулся:

– Это дятел. С таким звуком они долбят деревья, чтобы достать жуков. Но я удивлен, что вы знаете глухую кукушку…

– Шумная птица – дятел, да? – и Сатору засмеялся.

Подъем становился все более крутым. Мы шли по узкой тропке, напоминающей звериную. По обеим сторонам тропы густо росли высокие осенние травы – они щекотали наши лица и руки. Листья на деревьях уже окрасились в красные и желтые цвета, хотя внизу, у подножия, листва еще была зеленой. Несмотря на прохладу, я вся вспотела. Наверное, дело в недостатке физической активности. А вот учитель с портфелем в руке поднимался спокойно, без усилий.

– Вы активно занимаетесь альпинизмом? – спросила я.

– Это еще даже не альпинизм, Цукико.

– Да конечно…

– Слышишь? Опять дятел добывает себе насекомых.

Слышать-то я слышала, но смотрела я все время вниз. Тоору (или Сатору – шагая с опущенной головой, я даже не понимала, откуда именно доносится звук) заметил:

– А учитель, смотрю, шагает довольно бодро.

Сатору – или, может, Тоору – ответил:

– Ага, а вот Цукико – не очень, хотя и намного моложе.