Иисус на Русской равнине, или Иррацио

Разве не слышите, как вас приучают быть безропотными и покорными перед всем, что творят у вас на глазах с вашей страной? Разве не видите, как целую область Руси научили отречься от общей русской души, и натравили на их братьев и сестёр, и ввергли в братоубийство, чтобы русские уничтожали себя своими руками? Разве не слышите, как вам настойчиво, по капле, внушают, что русские ленивы, тупы и жестоки, что русских, как единого народа не существует? Разве не слышите эти не русские песни, которые забивают вам в уши и в души?.

– Скажи, что нам делать?! – прогудел Андрей Комонь.

– Первое, вспомнить о том, что вы – русские, и никогда не забывать об этом! – произнёс Иисус. – Второе, вспомнить, что место русской души для её полноценного и полнокровного обитания и самовыражения немыслимо без русской земли – о чём вам свидетельствуют примеры ваших русских гениев!.. Земля ваша огромна и изобильна, но вы не живёте на ней! Вашу уникальную широту и вольность загнали в бетонные клетки, в мертвенный плен мегаполисов, в эту суетливую непрерывную беготню, в многолюдный призрачный мир, где вместо луны – фонарь; вместо речного потока – поток машин; вместо чистого воздуха – удушливые газы и смок, вместо шума листвы и пения птиц – какофония примитивных шлягеров и пустой болтовни; вместо радуги, небесных зарниц и блистания звёздного неба – искусственный газовый свет реклам; вместо божественной красоты и гармонии – безликие убогие коробки многоэтажек, однообразная типовая среда… Вы спрашиваете, как жить и что делать? Живите, как предоставил вам Бог, как жили ваши православные предки, оставившие вам в сокровище эту землю, которую вы бросили в небрежении, и которая отнимется от вас, если не опомнитесь!.

– Да как нам спасти-то её?! Что мы можем?! – спросили его.

– Душу надо очистить! А чем очищается, знаете?..

Повисло молчание…

– Покаянием?! – выкрикнули сразу несколько голосов.

– Да! Душа очищается покаянием, а жизнь – исправлением жизни! Русский, посмотри, что творится с твоей душой: сколько дряни заполонило её, будто полчища гусениц и прочих вредителей, разъедающих древо, и плоды, и листья его.