Иисус на Русской равнине, или Иррацио

– Потому что не хочешь допустить даже в мыслях.

– Ну, отчего же, можно и допустить, то есть, можно допустить чего угодно, вопрос зачем? с какой целью? С какой целью Иисус пришёл на Русь, в смысле в Россию… Почему именно в Россию? Почему именно сейчас, в этот год, в это время?.. Ну, и так далее. То есть, можно, конечно, задаваться такими вопросами, но… – настоятель неопределённо повёл головой…

– Но лучше не задаваться, – договорил за него Иисус.

– Не вижу причины. В каждом времени свои проблемы и недостатки, а наше дело – служить.

– Служить чему?

– Служить Богу и людям. По мере сил.

– Служить Богу, значит, служить правде и истине.

– Что есть истина? – сказал, и тут же засмеялся отец Иаков. – Забавно вылетело, прямо, как у Пилата. То есть, я хотел сказать, что у каждого времени в чём-то своя правда и своя истина, притом, что высшая Истина, разумеется, неизменна.

– Каждое время болеет своей неправдой, которой служат, как правде, и выдают за сущую правду и этим губят миллионы душ.

– Да, мир в социальном общественном плане несовершенен, в нём много апостасийных и откровенно негативных процессов, это вы справедливо заметили.

– Я говорю не о мирском.

– О Церкви? Ну, что ж, – сказал без малейшей заминки священник, – церковные проблемы есть отражение мирских, ведь Церковь состоит из грешников. Есть негативные моменты и в Православии, и в Католической Церкви…

– Нет такой Церкви.

Стали слышны извне неясные голоса людей, судя по всему, их было немало…

– Ах, вот вы куда, – сказал, не поднимая взгляда, отец Иаков.

– Не я туда, а вы, – произнёс Иисус.

– То есть, вы о нас, о священстве?

– Если бы только о священстве, всё гораздо хуже.

Иисус направился к двери.

– Но скажите, по-крайней мере, что вы собираетесь делать?! – шагнул было за Иисусом отец Иаков.

– Спросите ещё, чем я буду ужинать. Я собираюсь делать, что должен.

* * *

Стоя на невысокой церковной паперти, Фёдор Опушкин, старался, как можно вежливей, сдерживать матушку Наталью, сильно взволнованную, видимо, из-за долгой задержки мужа наедине с тем подозрительным человеком.

– Да не волнуйтесь, там ничего плохого не происходит, просто беседуют. Скоро выйдут! – увещевал он в который раз, отвечая на выкрики.