Реквием по ушедшему лету

Они оба были счастливы настоящим и совсем не думали о будущем. Ханна смеялась, Тим улыбался ей в ответ, забавляясь, насколько сильный эффект оказывает на нее все происходящее. А она, кажется, наконец-то жила, жила с ним, вдыхая сладкий воздух вперемешку с пряным дымом из трубки. В нем было все от сегодняшнего дня.

– Заедем в «Ленту» и домой? – сказал он ей. Ночка и вправду затянулась, и пора бы уже выдвигаться в сторону ее района.

– Хорошо. – и они поехали.

Ханна еле-как прицепила свой велосипед к столбу и пошла вместе с ним.

Ей нравилось бродить по магазину, выбирая, сама не зная, что. Тим куда-то тащил ее вслед за собой, а люди вокруг, вероятно, и не понимали, что же с ней не так и почему она ведет себя как последняя дурочка.

– Там Катя.

– Кто?

– Да это девочка, которая мне нравилась весной.

– И? – безразлично спросила Ханна.

– Мы с ней общались какое-то время, но так и ни разу не погуляли. Я ее звал много раз, но она все что-то не могла. – пояснил он. – Вот, думаю, подойти, поздороваться.

– Не надо, зачем? – какая-то тревожность вдруг внезапно в ней забилась. Ей вовсе не хотелось, чтобы он сейчас подходил к какой-то девушке «поздороваться».

– Не надо? – поддразнил ее парень. – Ну хорошо, не буду.

Они выехали с парковки. В лицо била приятная свежесть и прохлада, а луна, как всегда, улыбалась с небес. До чего-же хорошая ночка! В глазах все странно плыло, когда она ехала за ним, и все же они едут домой.

Вдруг она почувствовала, что его сзади нет. Вернулась, остановилась. Возле какого-то разливного ларька он стоял, беседуя с двумя девушками. «Опять эти знакомые» – про себя возненавидела их Ханна, потому как его приятели зачастую попадались им на пути. Она подошла к ним поближе, чтобы вслушаться в разговор.

– Катя. – представилась ей девушка, стоящая справа от него. Катя. Та самая, к которой она десять минут назад уговаривала его не подходить.

– Ханна, очень приятно. – со лживой улыбочкой промолвила она. Испытующе Ханна посмотрела на Тима, как бы желая узнать, когда они уже поедут дальше. Но он все не обрывал разговор и явно был вовлечен в беседу.

Катя, девушка лет 19-20, была, по ее мнению, слишком ярко накрашена и как-то безвкусно одета.