Улыбайся, если больно

Туго перевязав запястья красной лентой, Костя деловито сообщил:

– Садись на кровать и жди. Господин Бигин скоро подойдет. И не вздумай выйти отсюда самостоятельно, поняла? Охрана будет стрелять на поражение.

– Поняла, – беззвучно прошептала я одними губами.

На удивление, он остался доволен и вышел. Я последовала совету – села на кровать, еще раз тщательно осмотрев комнату, теперь уже на наличие камер. Ничего подозрительного мне найти так и не удалось – наверное, она была слишком хорошо спрятана для такого дилетанта, как я.

Примерно через десять минут в коридоре послышался шум. Я внутренне напряглась, с замиранием сердца глядя на дверь. Мужской голос о чем-то громко разглагольствовал, ему отвечал второй, но гораздо тише.

Дверная ручка повернулась. Я сглотнула слюну, скопившуюся во рту, и замерла, не в силах пошевелиться.

– Ладно, меня тут вещи поприятнее ждут, – сказал кто-то пьяным и самодовольным голосом. Наверное, Бигин.

Его собеседник что-то ответил ему, но слов я не разобрала.

Дверь в комнату распахнулся, и внутрь ввалился высокий полный мужчина с кудрявыми волосами. В молодости у него их была целая копна, но время оставило свой след на прежде пышной шевелюре в виде залысины на лбу, и теперь оставшиеся кудряшки сиротливо обрамляли уши.

Розовощекий, с пухлыми губами и голубыми глазами, Бигин производил приятное впечатление на каждого, кто не знал его поближе. Меня же от его вида бросало в дрожь.

– Ой, какая у нас тут прелесть, – заметив меня, заворковал он тошнотворно-сладким голосом, и плотно закрыл дверь.

 – Ну, иди к папочке. Папочка соскучился…

Глава 4

Медленно приблизившись ко мне, Бигин ухватил мой подбородок толстыми пальцами, вынуждая задрать голову выше и посмотреть на него.

– А ты просто прелесть, – прокомментировал он увиденное. – Как тебя зовут, моя сладенькая?

– Яна, – с трудом разлепив пересохшие губы, отозвалась я.

– Яночка, – протянул этот псих, расплываясь в улыбке.

И толкнул меня в грудь.

Я упала на постель, чувствуя спиной прохладное скользкое белье, а в следующее мгновение услышала:

– Перевернись.

Я выполнила приказ. Ощутила, как ткань платья натянулась на бедрах, затем воздух коснулся обнаженных ягодиц. Бигин стаскивал с меня платье, попросту разрезав его от самого низа до горла, оставляя меня лежать в одних трусах. Бюстгальтера Лейла мне не выдала, как и колготок.

– Ты была плохой девочкой, Яна. Очень плохой, – уверенно заявил Бигин.