Подвал для моего сердца

И извините.

Мирон – а с хвостиком оказался именно он, неодобрительно хмыкнул и перевел взгляд на Тину.

– Забавные у тебя друзья. Думал, после Полины меня ничем не удивишь. Эта тоже с какой–нибудь историей?

– Это моя одноклассница, – отрезала Тина, подзывая официанта. Это послужило для Мирона поводом уйти за свой столик в глубине зала. С ним удалился и его спутник, а официант, резво убежавший на кухню за молоком, оставил нас наедине.

Вздохнув, Бельская прищурилась, разглядывая меня.

– Я что просила?

– А что я сделала? – обиженно протянула я.

– Самый острый, – кивнула Тина, рассматривая красивую соусницу. – И это был мой соус. Твой стоит справа от тебя.

Я мгновенно почувствовала себя дурой. Щеки, и без того красные, разгорелись еще сильней.

– Ладно, – смилостивилась Тина. – С кем не бывает? Давай вернемся к нашему разговору. Что за похищенная девушка, которую держат в заложниках?

То и дело запинаясь, я поведала Тине о найденной записке в книге и своем визите в правоохранительные органы.

– Ну, доблестных стражей порядка я могу понять. Девчонка оставила записку, регулярно пишет матери. Тут даже повода особого нет.

– Как нет? – возразила я. – Во–первых, записка. Во–вторых, Мария Лубкина перестала ходить за книгами сама – вместо нее приходит тот парень. Значит, она не уехала, но тогда зачем врет маме?

– А что там, кстати, с тем парнем? – заинтересовалась Тина. – Как он выглядит?

– Высокий, молодой, – начала перечислять я, одновременно пытаясь вспомнить, как выглядел посетитель, бравший книги для Маши.

– Я про особые приметы спрашиваю, а не понравился ли он тебе, – фыркнула Бельская, жестом зовя официанта. – Ты что–нибудь еще будешь?

– Нет. Особые приметы? Волосы вроде светлые. Русые. Глаза… Черт, не помню. Губы тонкие. Одет вроде во что–то светлое…

Тут я засомневалась. На улице стояла мерзкая погода, в библиотеке многие верхнюю одежду не снимали, ходили по залу прямо так.

Тина попросила еще кофе и счет. Я полезла в сумку за деньгами, но она меня остановила:

– Я заплачу.

Я знала, что ей нетрудно – этой суммы Бельская даже не заметит, но, тем не менее, воспротивилась.

– Нет уж. Мы же тут по моему делу.

– Но пригласила тебя сюда я, – с улыбкой напомнила Тина.