Феникс

Неприязнь, проскользнувшая в словах мага, ясно выражала его отношение ко мне.

– Допустим, – Каллум с достоинством выдержал этот выпад, – но помочь тебя прошу я. Помоги мне.

– Нет.

– Пожалуйста.

Я недоуменно переводила взгляд с бывшего друга детства на этого мага. Сколько я его помнила, Каллум всегда был… Гордым. Его родословная отмечена благословением богов, однако родители родились обычными людьми. Отец Каллума – строгий, властный мужчина, – возлагал большие надежды на сына, в котором проснулась магия.

Когда Каллум был не в силах выдержать той гнетущей атмосферы, что царила в его доме, он сбегал – так мы и познакомились: он пришел к реке, спасаясь от отцовского гнева, а я устала возиться с Ташей, которая часто капризничала.

Мы подружились – меня влекло любопытство к тому, кто отличался от меня, а Каллум однажды сказал, что я принесла ему спокойствие. Он тогда не умел управляться с магией: максимум, на что были способны его руки – поднять веер брызг из реки, однако это казалось мне настоящим чудом.

Я помню, как заливисто смеялась в тот день. Счастье переполняло меня – у него не было причины, мне просто было хорошо: солнце, река, миллионы радужных брызг и робкая улыбка на лице Каллума. Я чувствовала себя так, словно вот-вот взлечу.

А потом мои родители оставили меня. И он. Осталась только Таша, дом и необходимость добывать себе еду.

Я упала и больше не поднималась.

– Ты меня слышал, – Рейган сделал жест ладонью в воздухе, поставив ее ребром.

Я напряглась и вмешалась:

– Каллум, пойдем отсюда.

– Подожди, Николина, – нетерпеливо бросил он. – Рейган, это ребенок. Маленькая девочка.

– А что до тех детей, которых забрали в предыдущем году? И тех, что забрали до этого? Этот ребенок имеет для тебя значение только, – он кивнул в мою сторону, – потому что имеет значение для нее. В противном случае ты бы и пальцем не шевельнул.

– Как и ты, – резко бросила я.

– Рейган, – вновь заговорил Каллум. Голос его был сосредоточенным. – Ты во многом прав, однако… Неважно, кем является этот ребенок.

Важно лишь то, что мы можем его спасти. Всех их. Жертвы Темному Фолкору должны прекратиться. Рано или поздно должен был отыскаться герой, который бы остановил это безумие.

– Так ты хочешь не просто спасти девочку, – на лице Рейгана появилось что-то между восхищением и злостью, – ты хочешь спасти всех?

Каллум кивнул. Я притихла, обдумывая сказанное.

Каллум хочет спасти всех?.. Конечно, это было бы чудесно.