Табакерка из Багомбо

– Да, – восхищенно произнес полковник, – теперь таких домов уже не строят.

– Ох! – задыхаясь, воскликнула миссис Пекем, и полковник поймал ее, падающую, у самого пола.

– Быстро! Бренди! Или хоть что-нибудь! – закричал полковник Пекем.

Когда я вез чету Пекемов обратно в центр города, они пребывали в чудесном настроении.

– Почему, черт возьми, вы не показали нам это место первым? – спросил полковник.

– Оно появилось на рынке только вчера, – соврал я, – и при той цене, какую за него просят, думаю, долго на нем не задержится.

Полковник сжал руку жены.

– Я тоже так думаю, дорогая, а ты?

Миссис Хеллбрюнер по-прежнему звонила мне каждый день, но теперь тон у нее был бодрый и довольный. Она докладывала, что Пекемы приезжают каждый день вскоре после полудня и что, судя по всему, с каждым визитом дом нравится им все больше.

– Я отношусь к ним совсем по-родственному, – сказала она с хитрецой.

– Отлично. Это то, что нужно.

– Я даже купила для него сигары.

– Продолжайте в том же духе. Это расходы, исключаемые из суммы, облагаемой налогом.

Четыре дня спустя она позвонила мне снова и сообщила, что Пекемы придут к ней на ужин.

– Почему бы вам, якобы случайно, не заглянуть тоже чуть позднее и, якобы случайно, не иметь при себе нужные документы?

– Они упоминали какие-нибудь цифры?

– Только мимоходом: удивительно, мол, что все это можно приобрести за сто тысяч.

Тем вечером после ужина я вошел в музыкальный салон миссис Хеллбрюннер и, поставив на пол портфель, сказал:

– Добрый вечер.

Сидя на банкетке для пианино, полковник взбалтывал лед у себя в стакане.

– Как ваши дела, миссис Хеллбрюннер? – поинтересовался я, хотя одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, что дела – хуже некуда.

– Прекрасно, – ответила она осипшим голосом. – Полковник только что рассказывал интересные вещи. Государственный департамент посылает его в Бангкок распутывать какие-то там дела.

Полковник грустно пожал плечами.

– Еще раз послужить родине, на сей раз в гражданском статусе, – пояснил он.

– Мы отбываем завтра, – сказала миссис Пекем, – нужно еще закрыть наш дом в Филадельфии…

– И закончить со сталелитейной промышленностью, – добавил полковник.

– А потом они улетают в Бангкок, – дрожащим голосом закончила миссис Хеллбрюнер.

– Дело мужчин – работать, дело женщин – плакать, – изрекла миссис Пекем.

– Ага, – подтвердил я.