Луис Мариано, или Глоток свободы (с последствиями)

Тысячу раз я пыталась его расшевелить, открыть ему глаза, потребовать, чтобы он стукнул наконец кулаком по столу. Тысячу раз.

Однажды Лола тоже сделала такую попытку. Он послал ее подальше, сказав, что его жизнь касается только его одного.

И верно. Это его жизнь, не наша. Но нам-то грустно на него смотреть.

А впрочем, все это глупости. У нас и собственных проблем по горло…

Чаще всего он общается с Венсаном. Потому что они оба активно пользуются Интернетом. Непрерывно переписываются, посылают друг другу всякие идиотские анекдоты и адреса сайтов, на которых можно найти виниловые пластинки, старые гитары или любителей макетов.

Тем же путем Симон приобрел закадычного друга в Массачусетсе, и теперь они обмениваются фотографиями радиоуправляемых корабликов. Друга зовут Cecil (Сиссэл) W. (Дабл-Ю) Thurlinghton, он живет в большом доме на острове Martha's Vineyard.

Мы с Лолой считаем, что это супершикарно!.. Martha's Vineyard… «Колыбель клана Кеннеди», как выражаются в Paris-Match[21 - Буквально: Виноградник Марты – остров длиной 32 км в Атлантическом океане у мыса Кейп-Код, в штате Массачусетс, откуда родом семья Кеннеди.

].

У нас с ней есть хрустальная мечта: сесть в самолет и пролететь над частным пляжем Сиссэла Дабл-Ю, возглашая сверху: «Youhou! We are Simon's sisters, darling Cecile and we are so very enchantede!»[22 - Ю-ху! Дорогой Сиссэл, мы сестры Симона! Мы счастливы вас приветствовать! (смесь фр. и англ.)]

Мы представляем себе этого типа в темно-синем блейзере, хлопчатобумажном пуловере темно-розового цвета, наброшенном на плечи, и кремовых льняных брюках.

То есть вылитой моделью от Ralph Lauren.

Когда мы грозим Симону опозорить его такой эскападой, он начинает слегка нервничать.

– Можно подумать, ты делаешь это нарочно! Я опять мазнула мимо!

– Слушай, сколько же раз ты покрываешь ногти лаком? – с беспокойством спрашиваю я.

– Три.

– Три слоя лака?

– Базовый бесцветный, потом цветной, потом фиксатор.

– Ага-а-а…

– Осторожно! Ты что, не мог предупредить, что затормозишь?

Он поднимает брови.

Нет. Пардон. Только одну бровь.

Интересно, о чем он думает, когда вот так поднимает правую бровь?

Мы съели по резиноподобному сэндвичу на заправке у автотрассы. Гадость ужасная. Я-то рассчитывала на скромный комплексный обед в придорожной кафешке, но ведь «они же не умеют мыть салат!» Что верно то верно. Я и забыла. Итак, три сэндвича в вакуумной упаковке («Это гораздо гигиеничнее!»).