Резьба по живому

Они садятся в «универсал» Фрэнсиса и молча едут в центр Санта-Барбары, где останавливаются у пляжного кафе «Береговая линия». Направляются к столику на открытом воздухе под навесом, с видом на Тихий океан, и Мартин обращает внимание, что Джим Фрэнсис вроде бы слегка расслабился. Тот замечает пару с большой, морщинистой восточной собакой, здоровается, пожимая руку мужчине и целуя женщину в щеку, а затем усердно гладит восторженное животное.

– Соседи, – объясняет он Мартину, когда они садятся, и непринужденно улыбается подходящей молодой официантке.

– Все хорошо, Джим, – нараспев отвечает она, и на ее губах лампочкой вспыхивает улыбка.

По примеру клиента Мартин заказывает омлет из яичных белков со шпинатом и сыром фета, а также салат из свежих фруктов. Он включает свой «мак» и показывает схемы размещения и варианты экспозиции: как можно развесить картины и расставить скульптуры. Растолковывает, что такое естественное и поставленное освещение, описывает разнообразные эффекты, которые оно создаст для тех или иных работ.

– Я подумал: если ты выделишь вечер или утро, чтобы съездить и посмотреть помещение… – начинает он, но Фрэнсис затыкает его, твердо постучав по самой первой схеме расстановки на экране.

– Эта сгодится, – говорит он.

– Ну, у нее есть определенные преимущества, – соглашается Мартин, тыча пальцем в картинку, – но проблема в том, что здесь кирпичная стенка и нет окна…

– Сгодится, – повторяет Фрэнсис, поглядывая на соседний столик, где компания похмеляется после Дня независимости, переворачивая бутылки «Короны» и переливая пиво в нестандартные бокалы для «маргариты».

– Ну, э… ладно, Джим, решай сам. – Мартин Кросби натянуто улыбается. – Я еще хочу строгие классические колонны, можно поставить на них скульптуры – такой эффект последних дней Древнего Рима…

– Угу, ништяк. От людей Рода Стюарта ничего не слыхать? – перебивает Фрэнсис, когда официантка приносит омлеты.

– Пока нет. Я скажу Ванессе, чтоб их поторопила, – говорит Мартин, с растущим унынием наблюдая, как Фрэнсис бросает хашбрауны роющимся в мусоре чайкам, которые бродят по песку за верандой.

Ему кажется, что клиент получает несоразмерное удовольствие от кормежки этих агрессивных птиц. Джиму особенно по душе та, что парит на восходящих потоках воздуха: он старается бросать еду в ее сторону, наслаждаясь возбужденными визгливыми криками и не обращая внимания на явный дискомфорт остальных посетителей кафе.