Макс. Последний страж. Принятый поток

Припев:

!Высшим стАть, Высшим бЫть, Высшим мИиииру служИть

!Выше честИиии нАааам не видАаааааАть

!Мир любИть, мир творИть, мир менЯть помогАть

!В мире высшему жИииизнь посветИиии.

!Дар Его, этот мИр, как Исток, понимАть

!Видеть, чУвствовать, вОспринимАааать

!Сложно нАм получИть но легкОооо потерЯяять

!ОтказАааавшись другИииим помогАаааАть

+ТАн-тАн, тара-тараАн ________ тАн-тАн, тара-тара, тАн,__дАн

+ТАн-тАн, тара-тараАн ________ тАн-тАн, тара-тара, тАн,__дАн

ХордРариннМирид и ЗирдаркхаТуараСтанис аплодировали стоя, как и почти весь клуб.

– Знаешь Хорд, я начинаю понимать твою любовь к творчеству Тиналиэлии. Её голос, её песни, они так и поднимают боевой дух. Всё-таки сколько не доказывай мне, а я всё же считаю пение направлением ведущим к развитию, которое очень и очень сильно помогает Эленорзу, особенно в военное время – поделился ЗирдаркхаТуараСтанис и сел на воздушный стул у столика, как и Хорд.

– Я разделяю вашу точку зрения, Тиналиэлия настоящий пример того, какие чудеса способна творить с «я» музыка и пение – поддержал его мысли Хорд.

– Но через твой же объект обожания, Исток мне дал намёк, который ещё раз подтвердил для меня и так очевидную вещь, в этом разговоре. Техно-войска никогда, и ни при каких обстоятельствах, не смогут заменить Высших.

***

СаирианаРариннМирид купаясь у себя в «природном бассейне» в своей «комнатке» со своими подружками.

– Слушай Саириана, а ты не думала с сестрой повоевать за Рирария? – спросила Татрафина.

– Неееет, у неё войн хватает и с учётом того, кто уже на него претендует, я даже туда соваться не стану – сразу отрезала Саириана.

– А что ещё кто-то появился? – спросила Саятамия.

– Мама намекнула что за него борется ещё и Лилилалина – улыбаясь сказал подружкам Саириана.

– Лилилалина?! – громко повторила Татрафина – Вот же блин, у Сиринии против неё нет шансов, да и у Кристаризафы тоже.

– Она даже смерть обманет своей игрой – заметила Саятамия.

– Я ей даже завидую, всегда молодая, всегда сильная, красивая, почти непобедимая, … АААА! Ну почему я не такая же – жаловалась Татрафина.